​​Помет может спасти арктические озера?

Ученые ФИЦ «Красноярский научный центр СО РАН» предложили неожиданный способ восстановления экосистем арктических озер, подвергавшихся в течение десятилетий промышленному загрязнению – сообщает пресс-служба научного центра.

Как рассказал член-корреспондент РАН, заведующий лабораторией экспериментальной гидроэкологии Института биофизики СО РАН Михаил Гладышев, исследования показали, что даже после полного прекращения сбросов сточных вод низкопродуктивные арктические водоемы не могут вернуться к изначальному природному состоянию в течение нескольких десятилетий. Искусственное повышение продуктивности таких водоемов за счет внесения минеральных удобрений несет опасность нарушить баланс экосистемы в другую сторону, а именно вызвать «цветение» воды цианобактериями или «зеленые приливы» нитчатых водорослей. При таких явлениях водоемы не только неэстетично выглядят, но в них также исчезают многие ценные виды рыб.

Ученые предложили опробовать на таймырских озерах, сильно загрязненных за десятилетия работы на территории полуострова промышленных предприятий, метод гуанотрофикации, то есть внесения натурального удобрения, полученного от птиц.

— Искусственная гуанотрофикация может рассматриваться как экологичная технология восстановления качества воды в дистрофных водоемах (например, озера Пясино) при обязательном снижении внешней антропогенной нагрузки. Она может привести к повышению численности ценных промысловых пород рыб, так как она напрямую зависит от количества и качества первичной продукции микроводорослей. Сотрудники Института биофизики СО РАН совместно с коллегами из Института проблем экологии и эволюции РАН и Института биологии внутренних вод РАН, Сибирского федерального университета передали в Проектный офис развития Арктики поэтапную программу научно-исследовательских работ для проверки возможности повышения качества воды и рыбопродуктивности арктических озер за счет искусственной гуанотрофикации. В России имеются научно обоснованные предпосылки для разработки технологии восстановления арктических озер, — рассказал Михаил Гладышев.

Отметим, что ранее ученые ФИЦ «Красноярский научный центр СО РАН» приняли участие в Большой норильской экспедиции, в ходе которой оценили экологическое состояние арктических водных экосистем.

Предлагаемый метод экспериментальный. Не факт, что он сработает. Тем более, что речь идет о хрупкой природе Арктики. Поэтому, если эксперимент все-таки состоится, надеемся, что он пройдет не на территории Архангельской области. А за результатом мы с вниманием понаблюдаем.

Источник

При закрытии комбината пиарщики «Норникеля» упирали именно на экологию

Однушку в Никеле — маленьком поселке на севере Мурманской области, на границе с Норвегией, можно купить за 70 тысяч рублей. Самая дорогая квартира в поселке, «с итальянской мебелью и электрообогревом», как указано в объявлении, продается за полтора миллиона. Раньше цены были совсем другими, но год назад, 24 декабря, остановилось градообразующее предприятие — плавильный цех комбината «Печенганикель».

«Норильский никель» — главный налогоплательщик Мурманской области, который был здесь полноправным хозяином, счел дальнейшую работу цеха нецелесообразной.

«Руды осталось года на два»

Десятилетиями поселок на границе двух стран не покидал норвежских газетных полос. «Остановим облака смерти» — так звалось стихийное общественное движение на севере Норвегии. «Облака смерти» — поэтичное название ядовитых выбросов «Печенганикеля». Диоксид серы выделяется при плавке медно-никелевой руды. Из нее получают файнштейн. А уже из него — никель, медь, кобальт, серную кислоту. Полный цикл, от добычи до отгрузки конечного продукта, происходил в Мурманской области в цехах «Кольской ГМК» — дочки «Норникеля». Многие из этих цехов — глубоко советской постройки, отсюда и катастрофическое воздействие на экологию.

Никаких современных стандартов в 30-е годы, когда строился комбинат, не было. В постсоветские годы предприятие, уже приобретенное «Норникелем», конечно, модернизировали и сократили выбросы. В советское время они составляли 370 млн тонн в год, в 2019 году — 100 тыс. тонн. Но превышение концентрации диоксида серы в воздухе в 5–10 раз все равно оставалось привычным. У человека, надышавшегося таким воздухом, появляется насморк, першение в горле, сильный кашель. Последствия вдыхания высоких концентраций вещества — вплоть до удушья, рвоты и отека легких. По данным Росприроднадзора, в середине 2000-х «Печенганикель» давал 43% суммарных выбросов предприятий региона.

Ежегодно в небо над Никелем улетало в три раза больше диоксида серы, чем выбрасывает в год вся Норвегия, это стало главной экологической проблемой соседей.

Дошло до того, что коммуне Сёр-Варангер пришлось наладить автоматическую систему оповещения жителей о превышении в воздухе ядовитых веществ: в такие дни им рекомендовали находиться дома и не посещать долину Пасвик, куда ветер гнал смертоносные облака из России.

В 2001 году норвежцы выделили 32 млн евро в виде гранта и 10 млн долларов кредита на 10 лет на экологическую модернизацию «Печенганикеля». Через несколько лет «Норникель» просто вернул деньги.

При закрытии комбината пиарщики «Норникеля» упирали именно на экологию: главной миссией компании называли снижение нагрузки на окружающую среду. При этом в стороне оставался другой фактор, о котором говорят бывшие сотрудники комбината — цех устарел настолько, что эксплуатировать его дальше не было смысла, кроме того, запасы руды в районе уже не так велики, через несколько лет речь может зайти и о закрытии шахты «Каула-Котсельваара». Содержать цех, требующий дорогой реконструкции, ни к чему.

Впрочем, официальная позиция «Норникеля» иная. В ответ на запрос «Новой газеты» в компании заявили, что «остановка плавильного цеха предусмотрена комплексной экологической программой «Норникеля», призванной существенно сократить воздействие на окружающую среду на всех производственных площадках», а также что «шахта «Каула-Котсельваара» обеспечена производственным заданием на ближайшую пятилетку, дальнейшие планы будут уточняться с учетом производственных планов компании и рыночной ситуации».

«Я вам как горный инженер скажу, что осталось максимум года два с половиной, и то через два года останется один участок добычи и ликвидационная бригада. Что бы там компания ни рассказывала про планы на 2028 год или 2032-й, содержание руды падает, и глубина залегания уже другая — ее дороже добывать. И после 230 метров нужно менять подъемную машину. А это настолько дорого, что под силу только государству», — говорит Олег Черкашин, бывший депутат облдумы, всю жизнь проработавший на комбинате.

На фото — снос ветхого жилья в Никеле. Фото: Татьяна Брицкая / «Новая газета»

Источник

Заместитель директора департамента МИД РФ Сергей Чумарев: «мы нашу задачу видим в том, чтобы предотвратить политизацию данной сферы».

Россия готовится передать в ЮНЕСКО данные для Всемирного атласа языков. Одной из задач, по словам заместителя директора департамента по гуманитарному сотрудничеству МИД РФ Сергея Чумарева, станет опровержение мнения западных экспертов, якобы большинство народов России находятся под угрозой исчезновения.

МОСКВА, 16 декабря. /ТАСС/. Российские ведомства ведут работу по передаче в ЮНЕСКО данных о состоянии и многообразии языков в России для проекта Всемирного атласа языков. Об этом заявил заместитель директора департамента по гуманитарному сотрудничеству МИД РФ Сергей Чумарев, выступая на V форуме Федерального агентства по делам национальностей (ФАДН) «Языковая политика в РФ» в четверг.

«Совместно с ФАДН, Министерством науки и высшего образования РФ, Институтом языкознания РАН мы проводим сейчас работу по подготовке к передаче в ЮНЕСКО российского вклада во Всемирный атлас языков, который будет отражать реальную картину происходящего в этой сфере: количество языков, их использование, тенденции», — сказал он.

Одной из задач, по его словам, станет опровержение мнения западных экспертов, которые утверждают, что большинство народов России находятся под угрозой исчезновения. Чумарев указал, что на фоне нарастающей стандартизации и уменьшения роли редких языков в мире Россия продолжает обеспечивать образование на 24 языках. «Те 24 языка, на которых у нас ведется образование, — это очень важное достижение по сравнению с другими странами», — пояснил он.

Чумарев подчеркнул, что МИД РФ в своих контактах на площадках ООН, ОБСЕ и Совета Европы последовательно доводит до зарубежных партнеров информацию о реальном положении дел в области межнациональных и межрелигиозных отношений в России, включая тему обеспечения и защиты прав коренных и малочисленных народов РФ как Севера и Дальнего Востока, так и Кавказа.

Дипломат обратил внимание, что тема национальной политики «использовалась и будет использоваться в конъюнктурных целях». «Зачастую исключительно для расшатывания общественно-политической ситуации в ряде регионов России, где по объективным причинам могут существовать проблемы с обучением и с преподаванием языков коренных народов. Но мы нашу задачу видим в том, чтобы предотвратить политизацию данной сферы», — подчеркнул дипломат.

Он напомнил, что в России пройдет Международное десятилетие языков коренных народов в 2022-2032 годах. «РФ сделала конкретный вклад в обеспечение участия коренных народов в этом мероприятии. Мы вот-вот перечислим взнос на обеспечение перевода на русский язык заседаний данного органа [руководящего комитета «Десятилетия языков коренных народов» ЮНЕСКО], что позволит коренным народам Севера и Закавказского региона формировать повестку дня», — заключил он.

Источник

Заседание Арктического Совета: вопросы без ответа

Заседание Арктического Совета: вопросы без ответа (03.12.2021)

На Ямале, в Салехарде проходит заседание Арктического совета.  В Салехарде собрались представители 38 государств и 8 стран — членов Арктического совета. Из-за пандемии часть спикеров будет выходить на связь в онлайн режиме.

Спикеры будут подключаться онлайн: Норвегия, США, Финляндия, Швеция, Дания, Исландия и многие другие страны. Напомним, сейчас председательствует в Арктическом совете Россия.

Основная тема — проблемы экологии, изменения климата в высоких широтах, а также качество жизни коренных малочисленных народов.

Что же мы ждём от этих протокольных встреч, которые обычно заканчиваются констатацией факта состоявшейся встречи? Почти год мы председательствуем в Совете, но реализации понятных и необходимых программ так и не дождались. В первую очередь, необходима конкретика и жесткая позиция в отношении отстаивания интересов нашей страны. Россия последние тридцать лет представляется эдаким мальчиком для экологического битья — даже на официальных картах Совета, касающихся горячих экологических точек Арктики, эти точки заканчиваются восточнее российско-финской или норвежской границы, хотя список экологических проблем западнее этой границы обширен. Где мониторинг районов сброса отходов производства в воды фьордов Баренцева и Норвежского морей, где экологический мониторинг нефтяных шельфовых платформ, которые уже почти достигли наших границ, где оценка негативного влияния ферм аквакультуры дикого лосося, а также по открытой добычи руды в Арктике, из-за который тысячи гектаров оленьих пастбищ просто исчезает.

Почему не обсуждаются вопросы по коллективному ответу стран, входящих в Совет по вмешательству ЕС, в дела арктических государств?

Где жесткие вопросы партнерам, которые практически не предпринимают мер по сохранению биологических видов, грозящих исчезнуть? Почему страны Совета позволяют себе вести кровавую охоту на китообразных? В Дании эти летом только за один день зарезали 1500 дельфинов, и почти 700 китов убили в Норвегии, да и у нас 130 краснокнижных серых китов «добыли» коренные народы? И кстати, в этой связи, кроме прав и дотаций самих малых народов, хочется обсудить и их ответственность за сохранение редких видов. И как долго будут предметом охоты исчезающие виды, типа серого кита, для малых народов севера стран АС?

Кроме того, почему экология используется как орудие и инструмент геополитики, а голоса местных общин тонут в потоке климатического большевизма, поддерживаемой официальными СМИ?

К сожалению, все эти вопросы пока остаются без ответа.

Василий Борисов
Главный редактор
BarentsNews

Источник

В Норвегии выбрали Саамский парламент (14.09.2021)

Несмотря на значительный рост поддержки избирателями партии Народ Северного Калотта, победу на выборах одержала Норвежская саамская ассоциация под руководством Силье Карине Муотка.

Выборы в Саамский парламент Норвегии проводятся одновременно с выборами в парламент страны. В этот раз победителями стали Силье Карине Муотка и возглавляемая ею Норвежская саамская ассоциация. Фото: nsr.no

Норвежская саамская ассоциация, многие десятилетия выступающая одной из основных сил саамской политики, на прошедших на этой неделе выборах снова стала крупнейшей партией в Саамском парламенте.

По данным норвежской телекомпании NRK, ассоциация, которая также активно занимается вопросами культуры и волонтерства среди саамов, выиграла выборы, набрав более 31 процента голосов.

Лидер ассоциации Силье Карине Муотка теперь станет председателем Саамского парламента. Муотка давно занимается политикой и раньше входила в исполнительный совет парламента.

Во время своей предвыборной кампании Муотка предупреждала о «силах, действующих против прав саамов», и подчеркивала, что выступает против новых промышленных объектов, в частности ветроэлектростанций и горнодобывающих предприятий, сбрасывающих отходы в море.

Серьезную конкуренцию на выборах  составила партия Народ Северного Калотта, увеличившая свое представительство в парламенте более чем в два раза. Она набрала более 16 процентов голосов, получив 8 мест из 39.

Партия Народ Северного Калотта была основана в 2005 году. Сейчас ее возглавляет Торил Баккен Ковен. Во время предвыборной кампании Ковен подчеркивала стремление своей партии либерализовать режим передвижения на механических транспортных средствах по обширным экологически уязвимым землям региона, а также говорила о несогласии с приданием местным землям статуса охраняемых.

«Большинство людей знают, что мы не хотим дополнительной охраны земель без одобрения местного населения и что лучший вид охраны — это рациональное природопользование», — заявила она в предвыборном обращении.

Саамский парламент является представительным органом саамов — коренного населения Норвегии. Он выступает органом культурной автономии саамов и насчитывает 39 членов, избираемых раз в четыре года прямым голосованием в семи округах.

С 2017 года парламент возглавляла Айли Кескитало.

Источник

Малым народам Арктики предложили платформу для решения проблем региона (30.08.2021)

АРХАНГЕЛЬСК30 августа 2021, 12:30 — REGNUM Подведены итоги сессии о проблемах малых народов Севера, которая прошла в рамках недавнего Форума «ECO-BARENTS-2021» в Архангельске. Участники сессии отметили, что встречи представителей малых северных народов Евро-Арктического региона проходили последний раз в 2017-м году, и с тех пор экологическая повестка здесь существенно поменялась. В ходе обсуждения поднимались вопросы, касающиеся положения саамов, подготовки и реализации совместных проектов в пределах Евро-Арктического региона, а также дальнейшего расширения сотрудничества коренных народов Баренцева региона — саамов, ненцев и вепсов.

«Хочу отметить, что сегодня малые народы, особенно саами, чьи угодья традиционно простираются от российского Кольского полуострова через Норвегию, Финляндию и Швецию до внутренних областей юга Норвегии, часто используются как средство борьбы между компаниями и целыми промышленными отраслями приграничных стран. Это неприемлемо — должен соблюдаться разумный баланс между экономическим развитием и сохранением культурного наследия и уклада жизни малых народов» — отметил руководитель природоохранного союза «Зеленые воины Норвегии» Рубен Оддекалв

Несмотря на большие расстояния и исторические различия, коренные народы сталкиваются с одинаковыми проблемами по всему Баренцеву региону — это в первую очередь сокращение оленьих угодий в результате деятельности промышленных компаний — что происходит, например, в Норвегии, и вырубка лесов, или сокращение охотничьих угодий в Швеции.

«Пастбищные угодья и пути перегона занимают большие земельные пространства по всему региону. Для нас, саамов, оленеводство в сочетании с народными ремёслами является важной культурной основой. — Отметила представитель парламента саамских народов Норвегии Силье Карине Муотка. — Территории расселения коренных народов богаты природными ресурсами, что имеет свои, часто негативные последствия для основ жизненного уклада. Интерес к природным ресурсам северных районов активно растёт, и коренным народам Баренцева региона приходится прилагать серьёзные усилия, чтобы их голос услышали в политических дебатах по освоению этих ресурсов. За это мы выступаем в Норвегии».

«Саамская карта» умело разыгрывается нашими соседями в борьбе против России — так, Баренц Секретариат, который финансируется правительством Норвегии, направляет внушительные средства на множество проектов, связанных с нашими коренными народами, и на содействие активизации их деятельности. Однако большинство этих проектов направлены на то, чтобы вызвать нестабильность и спровоцировать волны недовольства со стороны КМНС любыми нашими промышленными проектами в регионе» — отметил в своем выступлении участник Форума, руководитель Центра экологического мониторинга Баренцева региона «ПОМОР» Тимофей Суровцев.

Участники сессии обратили особое внимание на случаи, когда под видом заботы о судьбе малых народов реализуются частные идеи. В этой связи руководитель ассоциации журналистов «ЭКО-пресс» Сергей Шахиджанян обратил внимание экспертов на деятельность жителя Мурманской области Андрея Данилова, саама по национальности, который ведет активистскую пропаганду: «Людей, подобных Данилову, никто не назначал, никто не выбирал и не уполномочивал выступать от имени всех саами России! Такие люди просто крадут голоса большинства малых народов и от их имени поднимают проблемы, которые для них просто не актуальны». Шахиджанян отметил, что не получив выгоды со стороны России, многие активисты принимают антироссийскую позицию и призывают к различным санкциям. Например, Данилов обратился к Илону Маску с призывом не покупать металлы у российских компаний из-за возможных проблем с экологией, хотя схожие экологические проблемы и схожие производства есть во всех странах Баренцева региона — например, в Норвегии.

С экспертом согласилась Силье Карине Муотка из норвежского Парламента саамских народов, которая обратила внимание участников Форума на то, что настоящих саамов в Баренцевом регионе волнуют не спекуляции, а проблемы сохранения традиционного уклада. «У нас такая ситуация, когда один саам, не имея никаких полномочий, может выступать от имени всех, попросту невозможна — все решается на общих собраниях и утверждается в Парламенте саамских народов Норвегии! В нашей стране катастрофически сокращаются природные угодья малых народов для выпаса оленей: под многочисленные объекты ветряной энергетики в стране вырубаются леса и по заповедным некогда землям прокладываются километры дорог. Все более расширяют свою негативную деятельность горнодобывающие норвежские компании, которым наше правительство разрешает сбрасывать шлак и ядовитые отходы в процессе добычи руды в наши уникальные фьорды и загрязнять наши северные моря — вот что нас действительно волнует», — подчеркнула Силье Карине Муотка.

Silje Karine Muotka

Для того, чтобы сделать трансграничный диалог по теме поддержки малых народов Севера доступным, непрерывным и эффективным, участники сессии предложили использовать интернет-площадку сообщества независимых экологов и журналистов Баренцева региона BRIES, которая поможет осуществлять взаимодействие представителей этих народов с ведущими региональными медиа и экологами для освещения и сотрудничества в решении экологических проблем в Баренцевом регионе.

Источник

Патрушев предупредил о росте экстремизма из-за продвижения прозападных ценностей (12.05.2021)

Москва. 12 мая. INTERFAX.RU — Продвижение иностранными неправительственными организациями прозападных либеральных ценностей, сепаратистских настроений, ложной информации о якобы существующем ущемлении прав коренных малочисленных народов усиливает межэтническую напряженность и экстремизм, считает секретарь Совбеза Николай Патрушев.

08 октября 2007. Директор ФСБ Николай Патрушев и президент России Владимир Путин (слева направо) во время посещения Федеральной службы безопасности РФ. Михаил Климентьев / РИА Новости

Он сказал это на совещании по актуальным вопросам национальной безопасности в Северо-Западном федеральном округе.

По его данным, в этом округе число преступлений экстремистской направленности выросло в 2020 году на 20%, а в январе-марте 2021 года — на 50%.

«Значительная часть этих преступлений связана с распространением в социальных сетях публичных призывов к осуществлению деструктивной противоправной деятельности», — добавил Патрушев.

Он пояснил, что «нарастание экстремистских проявлений в основном обусловлено усталостью граждан от введенных ограничений в связи с распространением коронавирусной инфекции».

«Также это связано с негативным отношением к трудовым иностранным мигрантам, в том числе ввиду совершения ими резонансных правонарушений. Такие настроения используются в целях провоцирования агрессивного поведения и вовлечения граждан в незаконные публичные акции», — сказал секретарь Совбеза.

«На усиление межэтнической напряженности, распространение ксенофобии и экстремизма влияет продвижение иностранными неправительственными организациями прозападных либеральных ценностей, сепаратистских настроений, различного рода ложной информации, в том числе о якобы существующем ущемлении прав коренных малочисленных народов, — отметил Патрушев. — Примеры такой подрывной деятельности выявлены в Санкт-Петербурге, Ленинградской, Архангельской и Мурманской областях».

Секретарь Совбеза также сообщил, что число регистрируемых преступлений террористического характера в округе выросло на 28%: «Наиболее сложная ситуация наблюдается в Санкт-Петербурге, а также в Калининградской области, где в марте текущего года предотвращен теракт на электроподстанции».

Источник

Эксперты обсудили, как коронакризис ударил по экологии Арктики (11.11.2020)

Пресс-конференция Экология Арктики после коронавируса: новые вызовы в странах Баренц-региона  - РИА Новости, 1920, 11.11.2020
© Фото : предоставлено пресс-службой Центра экологического мониторинга «ПОМОР»

Москва10 ноября 2020, 17:30 — REGNUM Пандемия коронавируса внесла серьезные коррективы в экологический активизм. Об этом, как передает корреспондент ИА REGNUM, 10 ноября на пресс-конференции «Экология Арктики после коронавируса: новые вызовы в странах Баренц-региона» в пресс-центре REGNUM заявил директор Центра экологического мониторинга «ПОМОР» Тимофей Суровцев.

По его словам, регион Баренцева моря формирует не только экологическую повестку, но и климат планеты.

«Серьезные коррективы внесла пандемия коронавируса в экологический активизм евро-арктического региона, — сказал Суровцев. — Проблемы остались и растут. Они носят общий характер что у России, что у Норвегии. Основные проблемы — это рудники Норвегии, которые множатся и сбрасывают отходы в северные моря. Это и ветряная энергетика, против которой выступают малые народы. Люди сомневаются в ее выгоде. Это и пресловутый «зеленый сдвиг», который навязывают обществу и который нацелен против промышленного развития».

Как подчеркнул эксперт, из-за пандемии коронавируса более 150 тысяч природоохранных НКО России, Швеции, Дании и других стран региона приостановили свою деятельность.

«В РФ порядка 10 тысяч НКО, которые не работают в условиях отсутствия поддержки. Многие проблемы обострились», — констатировал Суровцев.

С ним согласился норвежский эколог, представитель организации «Зеленые воины Норвегии» Рубен Оддекалв. Он рассказал, что экономический кризис, вызванный распространением коронавируса, сильно задел независимые экологические организации.

«Мы работаем в связке с многими партнерами, которые также сейчас во многом недофинансированы, — констатировал Оддекалв. — Что касается климата, что касается охраны окружающей среды, то многим известно, что вследствие коронакризиса экология значительно улучшилась и воздух стал чище. И многие проекты продолжились. Однако мы не смотрим в будущее с полной уверенностью, потому что не знаем, сможем ли выжить в условиях кризиса».

В рамках дальнейшей дискуссии он ответил на вопрос о судьбе германской подводной лодки U-864, которая была потоплена еще в 1945 году в острова Федье (Норвегия) и стала источником серьезного ртутного загрязнения.

«Ситуация никак не поменялась, — констатировал эколог. — И кризис еще больше законсервировал ситуацию. Но есть изменение. Была утверждена комиссия из независимых экспертов, которые рассмотрят вопрос о дальнейших мерах. Это будет либо саркофагирование, либо подъем обломков».

Кроме того, Оддекалв рассказал, что норвежские экологи продолжают бороться против сброса в северные моря загрязняющих веществ, образующихся в результате работы норвежских рудников.

«Мы подали жалобу на Норвегию в международные органы и заявили о том, что Норвегия нарушает директиву ЕС о загрязнении вод. И пока что не получили определенного ответа», — сказал Оддекалв.

При этом он признал, что независимым экологам сложно противостоять крупным промышленным компаниям с огромными бюджетами.

Также Оддекалв рассказал, что в Норвегии набирает обороты борьба против ветряной энергетики, хотя государство мешает вести эту борьбу и ограничивает доступ людей к информации. По словам эколога, власти продвигающие ветроэнергетику понимают, что из-за ограничений, вызванных пандемией коронавируса, людям сложно протестовать и бороться.

Об экологической ситуации в Швеции рассказал политик, представитель «Союза зеленых» Торд Бьорк. По его словам, в Швеции сложилась тягостная ситуация с лесами, которых остается все меньше.

«Швеция представляет собой модель капиталистически-империалистического развития, при которой лесная индустрия полностью коммерциализирована, — посетовал Бьорк. — При этом Швеция очень агрессивная страна, и ее МИД очень негативно относится к России».

Между тем, по словам Бьорка, люди в Швеции начинают все чаще задумываться об экологических проблемах, которые смыкаются с опасностью истребления человечества. Но, как пояснил эколог, в Швеции, как и в любой другой стране мира, власти предпочитают вести уже устоявшийся диалог с критиками и оппозиционерами, но не дают голоса независимым экспертам.

«Поэтому экологам надо объединяться и не думать о том, что об этом скажут власть и медиа», — пояснил Бьорк.

В рамках пресс-конференции выступил также еще один норвежский эколог Асбьорн Валь, который рассказал о том, что в Норвегии экологии пытаются через суд доказать, что власти их страны нарушают конституцию, так как разрешили бурение морского дна.

По его словам, это дело уже было рассмотрено в двух суда более низкого уровня — в районном суде и в апелляционном суде. И в обоих судах оно было проиграно, но теперь его приняли для рассмотрения в Верховном суде.

«В сообществе борцов за природу в Норвегии нет согласия по этому вопросу, — констатировал норвежский эколог. — Некоторые считают, что было ошибкой пойти судебным путем, так как если суд примет решение не в пользу экологов, это станет их окончательным проигрышем. Но если бы борьба шла политическим путем, то можно было бы оказывать давление на правительство».

По его словам, Норвегия начала бурение в юго-восточной части Баренцева моря, хотя там развито рыболовство и загрязнение моря очень опасно.

«Норвегия не использует те нефть и газ, которые добывает, — пояснил Валь. — Она использует гидроэнергетику, а нефть и газ продает за границу»,.

Между тем, как оказалось, пандемия коронавируса затруднила работу не только экологических активистов, но и журналистов, освещающих экологическую проблематику. Об этом в частности рассказал журналист интернет-портала iFinnmark Стиан Хансен (Норвегия). По его словам, из-за пандемии многие экологические вопросы просто сходят на нет. Люди сидят по домам, не могут протестовать, а журналистам сложно описывать складывающееся положение дел, так как сами работники СМИ тоже вынуждены оставаться дома.

«Одно из главных направлений нашей промышленности — это добыча нефти, — сказал Хансен. — И общество разделено пополам. Часть населения выступает за добычу, а часть против. У нас есть «Партия прогресса», которая очень критично относится ко всем попыткам защищать окружающую среду. Они выступают за большую индустриализацию. Но у них очень много оппонентов. Идут споры по поводу ветряной энергетики. Очень скептично настроены жители Скандинавии в отношении АЭС».

Источник

В Москве пройдет пресс-конференция «Экология Арктики после коронавируса» (09.11.2020)

Москва, 9 ноября. Завтра, 10 ноября, в Москве, в деловом центре «Красный Октябрь» пройдет пресс-конференция «Экология Арктики после коронавируса: новые вызовы в странах Баренц-региона».

Пресс-конференция организована сообществом независимых экологов (BRIES – Barents Region Independent Ecology Society) стран Баренцева/Евроарктического региона – России, Норвегии, Швеции, Финляндии, Дании и Исландии; ЦЭКМ «ПОМОР» и Ассоциацией «ЭКО-пресс».

В пресс-конференции участвуют: Тимофей Суровцев, Центр экологического мониторинга «ПОМОР», Дарья Митина, общественный деятель, Сергей Шахиджанян, международная Ассоциация журналистов-экологов «ЭКО-пресс», Василий Борисов, аналитическое агентство «Barents News», Рубен Оддекалв, эколог, «Зеленые воины Норвегии», Торд Бьорк, политик, «Союз зеленых», Швеция, Эсбен Андерсен, секретарь Молодежной партии, Дания, Силье Карина Муотка, советник парламента саамских народов, Стиан Хансен, журналист, интернет-портал iFinnmark, Норвегия.

Мероприятие начнется в 14:00 (регистрация участников в 13:00).

Адрес пресс-центра: Берсеневский пер., д. 2, стр. 1 (угловой подъезд, 6 этаж).

Аккредитация СМИ: +7 (925) 159-51-49

На мероприятие не допускаются лица без масок и перчаток, а также с признаками ОРВИ.

Возрастное ограничение 16+.

Источник

О проекте Barents-news (17.03.2020)

«Barents News» – информационно-аналитическое агентство, которое создано для полного и сбалансированного освещения событий Баренцева региона.

«Barents News» – информационное агентство, в учреждении и продвижении которого принимают участие ведущие медиа и общественные организации стран региона, такие, как Центр экологического мониторинга «ПОМОР», Ассоциация журналистов-экологов «ЭКО-пресс», Общество охраны окружающей среды Норвегии и многие другие.

«Barents News» — информационное агентство, которое открыто и готово к сотрудничеству со всеми миролюбивыми, прогрессивными и не предвзятыми источниками информации Баренцева региона – с медиа, журналистами, блогерами, общественными деятелями, независимыми организациямии и представителями власти стран-участниц уникального трансграничного сотрудничества.

К территории Баренцева Евро-Арктического региона относятся примыкающие к Баренцеву морю части Норвегии, Швеции, Финляндии и России, специально выделенные с целью развития международного сотрудничества. Баренцев регион является объединением районов и стран, весьма различных по уровню экономического и социального развития, но обладающих определенной общностью, позволяющей рассматривать его как отдельный экономическо-географический район мира. А также как единую медийную площадку.

Сегодня Баренц-регион переживает инвестиционный бум, рост промышленного производства, развитие технологического потенциала в сфере разработки, добычи и переработки ресурсов. Следствием этого становится серьезная конкуренция вокруг имеющегося ресурсного потенциала, которая развивается в том числе и в сторону политических, экологических и этнических спекуляций. При этом информация о новых экологических решениях, российских и иностранных природосберегающих проектах, технологиях и разработках в области защиты окружающей среды и регионального развития часто остается в кругу узких специалистов, не получая достаточной медийной поддержки.

Исправить ситуацию информационной нестабильности и неравенства призвано информационное агентство «Barents News», которое является агрегатором объективных новостей и аналитики лидеров мнения всех стран-участниц трансграничного сотрудничества Баренц-региона – России, Финляндии, Норвегии и Швеции.

Борисов Василий Аркадьевич — Главный редактор информационного агентства «Barents News»

Суровцев Тимофей Олегович — Заместитель главного редактора информационного агентства

Источник


Где живет Марианна Максимовская (21.06.2018)

Марианна Максимовская – телеведущая, журналистка, редактор, член академии российского телевиденья. Лауреат множества разнообразных премий и обладательница восьми премий ТЭФИ, с 2008 по 2011 год включительно.

Родилась в апреле 1970 года в городе Москва. В юности увлекалась спортом и вела стенгазету. После окончания школы поступила в университет имени М. В. Ломоносова, на журфак. Изначально поступала на газетное отделение, но во время учебы перевелась на телевизионное. На четвертом курсе начала работу на телевиденье, а через два года перешла на канал НТВ, где проработала до 2001 года. После чего сменила несколько телеканалов пока не устроилась на Рен-ТВ, где проработала вплоть до 2014 года.

В 2015 году занялась бизнесом и приняла предложение занять пост вице-президента компании «Михайлов и Партнёры». Еще через год такой же пост холдинга «Новаком». В 2017 году ее кандидатуру рассматривали на одну из руководящих должностей в ПАО «Сбербанк», но так и не утвердили.

Мать по профессии филолог, отец — инженер. Много лет замужем за Василием Борисовым (медиаменеджер, журналист).

Землю на Ильинском шоссе Марианна с мужем купили еще в конце 90-х годов, но на строительство копили еще почти десять лет. Весь этот период до 2009 года семья жила в Москве на проспекте Мира. Изначально на участке стоял один большой гараж, больше похожий на бункер. Хозяева по рекомендации архитектора сносить не стали, а надстроили над ним дом.

С фасада здание выглядит двух- или трехэтажным. Внутри у него пять уровней. Такая многоуровневость сложилась из-за постоянных реконструкций и перепланировок. Сначала хозяева спроектировали сауну и бассейн в бункере-гараже, потом к нему пристроили несколько комнат с «верхним светом», а к ним еще кладовку и отдельно стоящий гараж.

Дизайнер планировал обустроить пространство в английском стиле с зимним садом, но хозяевам больше пришлась по душе уютная эклектика. В одной из нижних комнат удалось реализовать дизайн в тосканском стиле: светлые стены, темные балки, резная мебель, каменный пол и золотые, яркие акценты.

Журнальные столики из Икеи идеально гармонируют с зеркалом XVIII века, привезенным из Рима, вазами сацума из Портобелло и шелковыми коврами из Китая.

Все это Марианна каждый раз привозит из разных уголков мира. Специально для таких поездок у нее заготовлено множество чемоданов, но в итоге их все равно не хватает и приходится покупать новые. Для них даже пришлось построить отдельную кладовую.

На первом этаже размесились: терраса, просторный холл, кухня со столовой и гостиная. Выше расположились кабинет и гостевая, за ними библиотека и комната дочери, а на самом последнем ярусе — хозяйская спальня.

В большинстве загородных домов центральное место в гостиной занимает каминная зона, но только не в доме телеведущих. Здесь камин расположился в самом отдаленном месте, а центральное занял большой плазменный телевизор. Телевизоры в этой семье установлены практически в каждой комнате.

Со временем семья разрослась, старшая дочь совсем выросла и комнату над гаражом, предназначавшуюся для смотрителей за домом, переделали в спальню для Александры.

Открытую деревянную террасу тоже перестроили и застеклили, сделав из нее вторую гостиную. Здесь установили большой раздвижной стол на тридцать персон. В обеденной привлекает к себе внимание старинный буфет, привезенный из Бельгии. Он по своему стилю напоминает больше старинный русский антиквариат. Рядом на таком же резном комоде стоит старинная золотая шкатулка и две китайские вазы, привезенные из Лондона.

Кухонная зона оформлена в таких же коричневых тонах с большим количеством деревянной мебели. Цветовые акценты направлены в сторону голубых оттенков. В этом цвете выложен кухонный фартук, отделана столешница, печь и другие поверхности, а также в тон подобраны шторы.

По периметру участка растет множество лиственных деревьев, которые в ближайшее время семья планирует заменить на хвойные, так как в зимний период времени двор кажется тусклым и опустошённым.

Источник

Василий Борисов: «Ты должен на пупе вертеться, чтобы тебя заметили!» (09.06.2017)

Василий Борисов, управляющий партнер коммуникационной компании «Борисов и партнеры» 

Беседовала: Татьяна Терновская

900_450_.jpg

— «Жизнь порой бывает причудливее вымысла» — сказал в Риме мне один официант украинец, студент Католического университета. И это чистая правда. Мог ли я подумать 1989 году, начиная делать одну из первых программ на советском тогда Центральном Телевидении о рыночной экономике, бизнесе, банках, биржах, что через 8 лет сам стану работать в банках, и свяжу с этим свою жизнь. Только, наверное, в страшном сне. Мы работали со всеми крупными банками. «Столичный», РНКБ, Мост, и это в программе главной редакции «Пропаганда» ЦТ, где Лигачев и другие члены Политбюро были как родные, и бывали с завидной регулярностью.

 Что за программа?

— Их было несколько, «Торговый ряд» «ТВ-Контакт», на Первом, «Время Деловых Людей» на России. Еще до НТВ была телекомпания АТВ, и там было «Времечко», был «Курс». Мы для программы активно искали спонсоров, поскольку это была первая хозрасчетная телепрограмма. И нашли — Мост-банк! Я был первым, кто поставил логотип Мост-банка на 4 канале

Помню, напечатали на куске блестящей бумаги птичку, логотип Мост-банка, и ставили ее рядом с собой на стол, когда вели программу. Вот такой был у нас доморощенный product placement. И только потом я понял, почему они свою птичку хотели разместить именно на 4 канале — через полгода перешел на НТВ и услышал, что НТВ будет вещать именно с четвертой кнопки, и еще через полгода так и случилось. То есть, я был первым, кто поставил логотип Мост-банка на 4 канале. И потом проработал на 4 канале на НТВ экономическим обозревателем в программе «Сегодня» и «Итоги».

 Вот как вы сразу о телевидении и банках… Вы же вообще из цирковой семьи, как получилось, что попали в среду журналистики и PR? Цирк, насколько я понимаю, дело династийное, почему не пошли по стопам родителей?

— Ну я бы не сказал, что прямо уж династийное.

 Как же? Куда ни глянь  масса примеров успешных цирковых династий.

— Это так кажется. Зачем далеко ходить — сын Юрия Никулина, Максим, тоже был журналистом.

Мой отец был клоуном, а дед — фотографом. Какое-то время он сотрудничал с «Вечерней Москвой» и дружил с главным редактором — давно, еще в 60-х годах… Потом, уже будучи студентом, я видел в журналистской среде много людей из цирковых семей, или даже таких, кто сам работал в цирке.

 Почему?

— Ну не знаю, видимо — такая профессия. Просыпаться рано не надо, видимо (смеется). У меня до сих пор эта дурацкая привычка.Что цирк, что журналистика — это работа с людьми

Папа заканчивал работу поздно и, естественно, вставал поздно. И мама тоже цирковая, и жила в таком режиме. Ну не мог я родиться жаворонком. И когда я работал в банках, мне было, конечно, очень тяжело приехать на совещание в 8 часов утра, это в порядке вещей. Но я все равно как-то устраивал себе более-менее свободный график, редакции СМИ в 18.45 не подрываются все хором с места и не бегут в метро. Вносить правки в статью в «Коммерсанте» в 10 вечера, это случалось. Что цирк, что журналистика — это работа с людьми и иногда с животными, и мне это нравилось с детства. А цирка и в журналистике бывало достаточно.

 На пиарщиков тогда еще не обучали?

— Нет, конечно. Но университет дает навыки самообразования, первые несколько лет обкладывался учебниками, читал все, что появлялось нового о PR в Интернете, изучал кейсы тех или иных громких PR-ситуаций, кризисов. Ну и конечно — общение с мудрыми коллегами. Мы с Леной Коротковой в Мост-Банке в свободное время занимались самообразованием, через разбор и обсуждение тех или иных ситуаций, полезная, хочу вам сказать методика. Как-то раз, помнится, уйдя из банка «Союз», получил заказ от своего товарища по написанию стратегии для его мебельной компании. А там маркетинг в основном, чистой воды, честно сидел неделю над теорией, отделял мух от котлет, PR от маркетинга и рекламы, а потом собирал обратно.

 И когда вы перешли черту?

— Это было в 1997 году, кажется. Я тогда занимался экономикой на НТВ. Но если вспомнить те времена — телевидение было далеко от экономики, потому что все занимались политикой. Эти три человека очень сильно повлияли на мою карьеру, за что им до сих пор всем благодарен

И тогда у меня несколько провис экономический раздел в программе «Сегодня». Поработал чуть-чуть на «Утре», но это оказалась совершенно не моя история. И тогда кто-то из моих руководителей — то ли Женя Киселев, то ли Игорь Малашенко — сказал: «Тебе надо идти в пиар. Есть у нас телекомпания «НТВ Плюс», у них нет пиарщика, а нам сейчас надо их поднимать». Потом, как мне передали, Олег Борисович Добродеев где-то сказал моему коллеге, что это было правильным кадровым решением. Вообще эти три человека очень сильно повлияли на мою карьеру, за что им до сих пор всем благодарен.

 Учились  у кого?

Переход на другую сторону баррикады мне дался сравнительно легко

— В то время гуру PR еще не было. Они появились позже. Искал и читал вначале в основном учебники. Интересно, но наших учебников по PR тогда еще не было нормальных, а были на Украине. Королько, Почепцов, ну и конечно классический американский — Катлип, Брум, Сантер. Но PR это не свод нескольких учебников, это все, что касается: теории коммуникации, конфликтология, пропаганды, маркетинга, экономики вообще, социологии, социо-психологии. Тут и Бернайз, и Тоффлер, и Макклюэн, и Хантигтон, да и Стивен Хоукинг.

Переход на другую сторону баррикады мне дался сравнительно легко, я сразу для себя понял, что это иногда может быть даже интереснее журналистики — потому что ты занимаешься не изучением информационных потоков и вычленением оттуда самого интересного. Ты сам формируешь информационный поток.

 Ну а начинать надо с чего, какие книги помогут начинающему?

— Каждому будущему пиарщику, который только-только приходит в профессию, надо прочитать такую тоненькую маленькую книжку Сэма Блэка «Паблик Рилейшнз». Она ставит на место мозги, начинаешь понимать азы. А потом переходить ко всему объему PR-знаний. И конечно же на ней нельзя останавливаться! В этом месте хочется поставить несколько смайлов, потому, что, общаясь с некоторыми коллегами, понимаешь, что на ней они закончили с образованием.

 Как вам было в новой роли на «НТВ Плюс»? Классно, интересно?

— Я помню, что даже не принес еще свою трудовую книжку из НТВ, а уже начал заниматься проведением мероприятия с названием «100 тысяч абонентов «НТВ Плюс». Это была зима 1998 года, и я тогда совершил все ошибки, которые только можно сделать! Но я его все-таки провел — в 20-градусный мороз на Пушкинской площади. Там было несколько тысяч человек, выступал «Несчастный случай», за даже не скажу какой мизерный гонорар, потому что все будут смеяться — напомню, 1998 год. Я вручил стотысячному абоненту машину — красный Seat, как сейчас помню.

 А какие-то ошибки были?

— Я не уделил внимания приглашению журналистов, хотя должен был это сделать. Занялся этим в самый последний момент, а коллеги из НТВ мне в этом не вполне помогли. Я всем занимался один, у меня не было помощников. Делал сценарий, придумывал, какие выбрать ледяные скульптуры, какую машину подарить. Я сам выбирал этого стотысячного абонента, потому что определить его можно было только примерно, других людей, которых нужно было награждать. И это не только москвичи были. Всем надо было организовать приезд, вручить подарки.Это было первое «боевое крещение», и оно помогло мне осознать реальные ошибки

Тем не менее, мероприятие провели, все рассказали, вручили машину. Потом напились с компанией в небольшом ресторанчике, где, как сейчас помню, был чилиец-бармен… Это было первое «боевое крещение», и оно помогло мне осознать реальные ошибки. Но, надо отдать должное моему генеральному директору, Владимиру Владимировичу Троепольскому, царствие ему небесное. Я его считаю одним из моих самых лучших шефов. Он прощал мои огрехи и помогал.

 В Мост-банк, насколько я знаю, вы ушли в том же году.

— Да, причем, в самый кризис. На «НТВ Плюс» я проработал полгода, но сейчас мне кажется, что несколько лет — очень насыщено все было и очень серьезно. Сидел я тогда в здании СЭВ, окна выходили на Белый дом. И помню стук шахтерских касок по Горбатому мосту, каждые полчаса. Для меня с этого стука кризис начался — я понял, что что-то произойдет, и достаточно серьезное. Все эти огромные профсоюзные демонстрации возле Белого дома, очень злые люди, и шахтеры были настроены отнюдь не благодушно.Есть предложение пойти в Мост-банк. Я и согласился

В итоге случился тот самый дефолт 1998 года. Помню, как стоял к банкомату Мост-банка в очереди за зарплатой, и вся телекомпания НТВ стояла, потому что зарплату выдавали только в одном месте. Люди в очереди писали на руке номерочки. Тогда мне знакомый и сказал: «Есть предложение пойти в Мост-банк. Там коллега твоя не справляется, надо поработать». Я и согласился.

 «Коллега не справляется»  имелся в виду кризис и проблемы с клиентами, которые надо было разруливать?

— Да, потому что человек занимался в основном рекламной работой, а чистого пиара в банке не было. И я оказался с полугодовым пиар-опытом в ситуации, когда у банка стояли толпы людей, когда помощница бывшего пресс-секретаря через неделю уволилась и не оставила мне практически ничего, кроме пары-тройки факсов.

 Не страшно было?

— Слушайте, я все же был журналистом и его за это время в себе не истребил. У меня была возможность делать ошибки. Помню, журналисты из РИА «Новости» начали меня спрашивать про валютный рынок — и я дал комментарий по поводу ситуации с немецкой маркой. Хотя сейчас я себя бы за это убил, но тогда я посчитал, что вполне могу прокомментировать.

Потом мне позвонил Дмитрий Остальский, пресс-секретарь группы Мост, бывший главный редактор газеты «Сегодня», и говорит: «Приезжай». Я говорю: «Куда? Что такое?». Он ответил: «Тебя Владимир Саныч вызывает, сам все узнаешь».

 Гусинский?

— Да. Урок, полученный у него в кабинете, я запомнил на всю жизнь.

 Какой-то особенный кабинет? Или особенный урок?

— Обычный небольшой кабинет. Три секретарши, которые все время его с кем-то соединяют по телефону… Тогда он уже был не в «Мост-Банке», не занимался операционными вопросами, но курировал общую стратегию бизнеса. Оперативной работой занимался Джан Замани.

Так вот, кабинет был на двадцать-каком-то этаже здания СЭВ. Окна тоже выходили на Белый дом, также стучали каски. А он говорил с одним до сих пор олигархом банкиром на повышенных тонах и вообще матом. Я даже одну заковыристую матерную фразу, которую тогда Гусинский употребил, запомнил и с удовольствием использовал в разных жизненных ситуациях. Когда он закончил разговор и повернулся ко мне, я подумал: «Ну всё…».

 Подумали, что за самовольный комментарий про немецкую марку он вас просто убьет?

— Вроде того. Но он просто сказал такую фразу: «Когда тебе что-то хочется сказать, подумай два раза. Если чего-то не знаешь или не уверен в своих мыслях — вот тебе мои телефоны». И дает мне заламинированную карточку, размером с визитку. А там мелким шрифтом номера его телефонов в Нью-Йорке, в Лондоне, в Иерусалиме, в Тель-Авиве, на дачах, все телефоны всех его заместителей, своих шоферов, охранников. Номера Джана Замани — тоже в разных странах. Вот так вот. Я, к сожалению, ее не сохранил, потерялась в связи с переездами.В тот момент он научил меня, как говорится, следить за базаром

И тогда я все понял — что ценность слова огромная. И я не должен был этого делать, потому что не отвечаю за организацию своими деньгами или своей должностью. А ведь там работает очень много людей, и деньги — это не абстрактные цифры. За всем этим стоит очень многое… Да, в тот момент он научил меня, как говорится, следить за базаром.

 Вам приходилось пользоваться этой карточкой Гусинского? Звонили?

— Ни разу.

 А виделись с тех пор? Общались?

— Да, но недолго. Какое-то время сидел в Бутырке, а потом уехал за границу. Это уже другая история, но я с удовольствием вспоминаю и то время, и тех людей. Сам Гусинский был и остался уважаемым мной человеком. Он делал интересный бизнес, при этом стараясь не отнимать у кого-то, а создавать.

 Вам приходилось согласовывать выработанную позицию банка с акционерами или руководством?

— В принципе, Джан Замани доверял мне, с ним было интересно работать. Мне давали какие-то стратегические указания, а все остальное мы делали сами. У нас была хорошая команда розничного блока: Сергей Смирнов, Вячеслав Авдюков. Помогал Владимир Морсин. Мы потом с ним в Группе Гута работали.

— По сути, тогда был первый серьезный кризис, и антикризисного пиара, какого-то опыта и кейсов тогда не было? Как приходилось работать?

Из пяти проблемных банков тогда было решено переводить вклады в Сбербанк, АСВ появилось лет через шесть только

— Знаете, я тогда понял, что нельзя закрываться. С людьми надо говорить. Это как клиентов касается, так и журналистов. Журналистский опыт помог мне тогда правильно сформулировать позицию банка, как сейчас говорят месседжи. Использовали, все благоприятные внешние события и новости. Из пяти проблемных банков тогда было решено переводить вклады в Сбербанк, АСВ появилось лет через шесть только. Мы в первые дни делали новости о том, что только единицы переходят в Сбер, что идет переоформление вкладов на новые, и это сработало, в Сбер перешло около восьми процентов вкладчиков, а с января 1999 мы начали принимать новые вклады. Использовали ситуацию с объединенным тогда Госбанком, в которой планировали свести Онексим, Мост и еще один олигархических банк.

Мы проводили короткие брифинги «по ситуации», ездили в редакции, «пили кофе». И никакого бюджета! У меня вообще не было денег, я потратил на пиар 5-6 тысяч рублей, на которые купил 10-15 бутылок шампанского. Это были все мои траты на пиар.

 Были проблемы в выстраивании отношений с журналистами?

— Я понял, что надо общаться и самому инициировать это общение. Потому что, когда ты сам журналист, нет острой необходимости проявлять инициативу, все к тебе и так идут. А когда ты пиарщик — ты должен намного больше общаться и искать этого общения. Поэтому пришлось несколько перестроить себе мозг.Текст должен быть простым и не дающим возможность и повод перевернуть твои слова

И была еще одна вещь: необходимость четкого формулирования фраз в своих выступлениях или текстах. Потому что я один раз допустил в пресс-релизе неточность. Да даже не неточность, просто одну фразу можно было «повернуть» по-другому. И, естественно, ее повернули. Я, конечно, чуть-чуть поругался с журналистом, но сделал вывод, текст должен быть простым и не дающим возможность и повод перевернуть твои слова.

 Те годы были еще периодом медиа-войн, «черного пиара» и прочих вещей. Доставалось и «Мосту», и Гусинскому. Приходилось сталкиваться с таким, противостоять таким атакам?

— Нет. В «Мосте» все было очень четко разделено: кто-то шьет сапоги, а кто-то делает пирожные. В данном случае я починял свой примус, я работал так, как я работал. А была служба, которую возглавляли тогда Сергей Зверев и Света Миронюк. Они, собственно, занимались всеми этими войнами и всем остальным. И делали это хорошо.

 Вас это обошло?

— Да. После этого не обошло, но здесь обошло.

— Вы проработали в Мост-банке до 2000 года?

— Да, до того времени, когда банк по сути закончил свою историю и ушел в ВТБ.

— И потом вы попали в Гута банк, который потом также достался ВТБ… Удивительные совпадения в карьере, конечно.

— Да, я всегда ВТБшникам говорю: «Ребята, вы мне должны!» (Смеется). Потому что все, что сейчас есть в ВТБ24 — основная сетка и основные технологии — это Мост-банк плюс «Гута». Но в Гута банке я оказался не сразу. Сначала я ушел в «Медиамост», потом немного поработал в агентстве «Михайлов и партнеры», где моими клиентами были страховые компании, банки, аудиторские компании. Вот тогда меня в «Гуту» и сосватали. Прежний пресс-секретарь уходил, и мне предложили его должность.

— Эта позиция аналогичная той, что была у вас в Мост-банке?

— Ну, пиар-директор и директор по рекламе — по сути, это вице-президент, но там вице-президентов не было.

 Вы знаете, что вас зачастую вообще банкиром называют?

— Да? Ок, я банкир! (Смеется).

 И вы пришли в «Гуту», когда там все было еще в порядке  верно?

— Более чем. Знаете, у меня от «Гуты» тоже осталось очень хорошее впечатление, и добрая память. Я до сих пор общаюсь и дружу со многими коллегами из «Гуты», да практически все «гутовские» до сих пор общаются, все знают друг о друге: кто куда пошел работать, кто женился, у кого дети. Связь осталась!

 И вы там проработали три года?

— Да, до 2004 включительно. Потом там уже начались проблема, начали сокращать персонал. Банк закрылся — и за ним закрылось все остальное.

 Тот самый «кризис доверия», когда народ побежал вытаскивать из банков деньги.

— Ну да. Причем, проблемы были у всех банков, но кто-то проскочил. Та же «Альфа» проскочила. Они и в 1998 году проскочили, и в 2004. А мы в тот год были в сильных корпоративных конфликтах, и дело не только в банке. В банке я был как бы по совместительству директором департамента PR и рекламы, а основным моим местом работы был «Госинкор Холдинг», потом группа «Гута», тогда подо мной было около 30 пресс-служб предприятий. В рамках холдинга активно шла работа по слияниям и поглощениям, тогда же мы бились за Бабаевскую фабрику, это была очень сильная история.

— Я помню какие-то постоянные суды, многочисленные публикации.

— Суды, да. Вот интересно: тогда я вел, по сути, PR-кампанию слияния и поглощения без обычных информационных войн. И «Гута» практически не тратила деньги ни на черный пиар, ни на заказуху. Это была абсолютно чистая кампания.

 Как вы это делали?

— Скажем так: мы занимали некую открытую информационную позицию, максимально широко ее транслировали, шли на контакт со СМИ. У нас четкая и понятная бизнес-ситуация, юридическая позиция, и мы ее отстаиваем, и демонстрировали слабые стороны оппонента СМИ.

Мы говорим о том, что и как делаем, и почему. Мы имеем на это право. И все. Наши оппоненты старались это делать по-другому. Но в моей практике это была удивительная кампания, которая позволила без — как бы это сказать? — использования технологий «темных сил» провести сделки по слиянию и поглощению. Это было интересно — правда, я испортил отношения с «Ведомостями».

 Как это получилось?

— Скажем так: один наш оппонент согласился, что нужно идти с нами дальше. Но его союзники могли расценить любое неосторожное слово, оценку, даже не нашу, а журналиста, как удар по их репутации, сделать совершенно неправильные выводы. Информационно их «лицо» не должно было пострадать.

Тогда у меня была единственная пресс-конференция в карьере, где сидел один журналист и пять бизнесменов-спикеров.«Коммерсант» на это согласился, а «Ведомости» нет

Переговоры с журналистом я провел заранее. Было два издания, на которые я вышел с таким предложением: «Ребята, мы даем эксклюзивную информацию о том, чем завершилось противостояние. Но по определенным причинам вы должны сохранить наши формулировки. Потом, в других публикациях пишите, что хотите. Но именно это первое объявление должно пройти так, как должно: именно с такими фразами и тезисами». «Коммерсант» на это согласился, а «Ведомости» нет. И Татьяна Лысова тогда обиделась очень сильно на нас. Но мы не могли поступить иначе, и подставлять нашего партнера под удар.  Вот «Коммерсант» это понял, а «Ведомости» нет. И мы их просто, к сожалению, не позвали.

 Так что же все-таки сгубило Гута банк? Финансовые проблемы, корпоративные конфликты, информационные войны с «черным пиаром», политика?

— Однозначно сказать нельзя. Ну, например, в 2004 году мы были в сильном конфликте с банком за объект недвижимости, за фабрику мороженого. Это была реальная, очень серьезная война, которая испортила и их, и наши позиции. В какой-то момент мы поняли, что на поляну зашел кто-то третий и просто стал нас с оппонентами «мочить», как принято говорить. В какой-то момент начались проблемы с клиентами, с ликвидностью. В первую очередь начались проблемы с корпоративными клиентами. Короткие депозиты, длинные кредиты и все такое. Банку приходилось брать кредиты у других структур, в общем… Было очень трудно, и в итоге банк был проигран.

 А что за история была с обысками в Гута банке? Когда новость об этом якобы случайно появилась на лентах несколько лет спустя, и тоже в кризисный 2004 год? Такой элемент «черного пиара»?

— Новость появилась в 2001 или 2002 году в период очередной «войны» «Гуты» с правительством Московской области. Тогда действительно в банке были обыски, которые, собственно, ничем не закончились, но о факте обысков в новостях было. Так вот, в самый удобный момент в 2004 году кто-то эту новость вытащил и запустил в новостную ленту… Вот такой вот хорошо исполненный Черный пиар! Кстати до сих пор не могу понять кто стал называть первым манипуляционные технологии «Черным пиаром», ведь, как говорится, «это — две большие разницы» .

 Разъясните?

— «Черный пиар» — это термин, который применяется к любой форме психологической или информационной борьбы, манипулятивных технологиям. То есть, технологии массовой информации, массовой коммуникации используются в целях уничтожения репутации или разрушения имиджа того или иного человека или структуры.В чем разница между рекламой, пиаром и пропагандой?

Пиар занимается налаживанием взаимовыгодного диалога, пиар вообще — это когда тебя понимают. А «черный пиар», информационная война, информационно-психологическая война — это когда ты делаешь так, чтобы твоего оппонента не поняли или его вообще не стало. Здесь другие технологии, здесь все другое. Здесь уже пропаганда и контр-пропаганда. Хотите очень коротко поясню — в чем разница между рекламой, пиаром и пропагандой?

 Рассказывайте.

Информационная война или «черный пиар» — это как раз пропаганда

— Реклама воздействует на правую половину мозга, которая отвечает за чувства и эмоции. Это спонтанное принятие решения или закрепление эмоциональной привязанности к тому или иному бренду, имиджу, чему-то еще. Пиар воздействует на левое полушарие, которое отвечает за рацио и логику. Пиар — это логическое осмысление чего-либо, это формирование репутации, а репутация стоит ровно столько, сколько вам могут дать в долг. А пропаганда — это воздействие на подсознание. Это страхи, инстинкты и так далее. Это замена установок действием. И вот информационная война или «черный пиар» — это как раз пропаганда, работа с подсознанием.

— И больше решили в банках не работать? После «Моста» и «Гуты».

— Я несколько месяцев поработал в банке «Союз», но там не срослись отношения с председателем правления, а ведь PR — это такая история: если ты не чувствуешь человека, не работаешь на одной волне — все лучше уйти. У меня везде, и в «Мосте», и в «Гуте» были хорошие отношения и контакт с руководителями, мы с ними до сих пор встречаемся периодически. Коллеги по Гуте, кстати, свели меня тогда с одним из лучших PR агентств страны АГТ, с его владельцем Вячеславом Лащевским. С АГТ работал несколько лет. Теперь у меня свой бизнес.

 Что изменилось в банковском пиаре за последние двадцать лет?

— На самом деле, 20 лет назад было проще. Потому что банков, о которых говорят, было меньше. Информационное поле было не настолько развито. Журналисты были менее изощренны, чем сейчас. Было реально проще с точки зрения распространения информации. А сейчас… Вот сколько вам приходит пресс-релизов в день?

 Не помню, штук 30 в среднем.

— В неделю получается сотни две. И что нужно сделать банковскому пиарщику для того, чтобы донести до вас что-то серьезное? Чтобы вы поняли, что это достойно публикации, чтобы вы об этом написали? Да в этой ситуации надо на пупе вертеться, чтобы тебя заметили, и придумать столько нестандартных ходов. Вот тут начинается самая главная рубка у пиарщиков. Ну и плюс новые инструменты.

 В интернете? Соцсети?

— Все, что связано с digital. И пиарщику надо понимать, что и репутация, и пиар — все связано с твоей digital-стратегией, как ты себя ведешь в сети.Надо, чтобы за словом шло дело, и привлекать внимание не к слову, а к делу

При этом многократно увеличивается ценность твоего слова. Как его сказать, куда пойти, с кем пойти. Тут очень много моментов. Чтобы разместить информацию на том или ином ресурсе, надо постараться. Раньше так стараться не было необходимости. Придумал, написал — как правило, хорошо и коротко написал, отправил факс. Посылаешь 15 факсов с приглашением на пресс-конференцию — все приходят.

Сейчас, чтобы к тебе пришли, надо что-то придумать. Надо, чтобы за словом шло дело, и привлекать внимание не к слову, а к делу. Парадигма серьезно меняется, и у нас у всех сейчас информационный инфаркт. Количество каналов коммуникации увеличилось, может, на 1-2, но масса информации увеличилась многократно.

 А банкиры, на ваш взгляд, сильно изменились с тех пор?

— Понимаете, в 90-х годах банкиры, топы были оптимистами, энтузиастами. В банки приходили люди, которые хотели что-то сделать, что-то изменить. Это такая советская и постсоветская генерация, когда ты пытаешься что-то изменить, выстроить новую систему. А что происходит сейчас? Рынок стагнирует. Я общаюсь со своими коллегами, и знаете — глаза не блестят.  Есть несколько структур, которые идут вперед. У Грефа, у Тинькова (к ним можно по-разному относиться) — глаза горят. Идут вперед только те, кто развивает он-лайн банкинг.

 Люди не хотят идти работать в банки. 

— Тут надо уточнить. Зачем и Кто? Банков не становиться больше, зарплаты в классических профессиях падают, банки закрывают и классические банкиры и банковские специальности просто не востребованы. Чем дальше, тем меньше будут востребованы операционисты, но на мой взгляд, они смогут переориентироваться, и стать клиентскими менеджерами  в широком смысле слова. Те, кто ведет клиентов дистанционно, используя все доступные каналы коммуникации. Все больше будут востребованы IT-специалисты, весь спектр специальностей в маркетинг-коммуникациях, в том числе и в первую очередь, SMM-специалисты, компьютерная безопасность. Но для этого не надо учиться на банкира, на того, за кого раньше боролись.

— Многие считают, что и банков в их классическом виде скоро не останется.

— Сложно сказать. Сейчас вообще не вполне понятно, как будет развиваться банковский бизнес в связи с биткоинами и блокчейн-технологиями, по крайней мере с точки зрения законодательства и регулирования. У нас кроме одного-двух банков об этом мало кто думает. Но все равно у кого-то денег будет всегда больше, и они эти деньги будут предлагать использовать и, главное, знать как использовать лучше. И даже если IT-компании станут банками, а банки станут IT-компаниями, операторы, интеграторы финансов и инвестиций останутся в любом случае. И им все равно придется взаимодействовать с клиентами, причем более интенсивно, непосредственно, через терминалы, соцсети, приложения, но взаимодействовать, то есть технологии общественных коммуникаций, PR будут продолжать использоваться. Это не такое уже отдаленное, но все-таки будущее.Оставшиеся доступные нефтяные скважины — карманы граждан

С другой стороны, за последнее время рынок довольно серьезно поменялся — конкуренция идет на уровне нематериальных активов, бренда, лояльности. Парадигма банковского рынка не та, что была в девяностые и  нулевые. Конкуренция 2 лишним тысяч   банков за счет стоимости услуг, доступности тех или иных новых технологий, приватизации активов или прибыли от госактивов закончилась. Число банков снижается, требования регулятора ужесточаются, доступных денег нет, западный рынок капиталов закрыт, набор услуг у всех в принципе у всех один и тот же. Оставшиеся доступные нефтяные скважины — карманы граждан. А за них бороться можно только на уровне создания нематериальных активов, бренда, новых маркетинговых инструментов, программ повышения лояльности. Вы посмотрите сколько рекламы банков идет по ТВ и в соцсетях. Такого объема я давно не припоминаю.Ты хочешь, чтобы с тобой в банке подобающим образом разговаривали — открывай депозит

На мой взгляд будет сегментироваться банковские продукты, будет четко выраженный массмаркет, основанный на он-лайн инструментах, продуктах-соковыжималках типа Tinkoff’ских кредитных продуктов с элементами запредельного по ставкам микро-кредитования, и достаточно дорогой Private-банкинг, который будет расширен на высший средний класс. За доступ к качественным и надежным инструментам, специальному финансированию и инвестированию придется платить, например, размещением разного размера депозита. Я уже некоторое время советую развивать это направления своим клиентам. Так работают мировые банки.

Ты хочешь, чтобы с тобой в банке подобающим образом разговаривали — открывай депозит. Это является обеспечением серьезности твоих намерений. И только после этого ты получаешь доступ ко всем серьезным сервисам. Сервисы и опции стоят денег. А у нас все бесплатно, за десять лет в 90-х был взрывоподобный рост числа банков, поэтому потому что банки долго конкурировали за клиента. Но теперь все меняется.

Источник

Вице-президент ГМК «Норильский Никель» Андрей Грачев: Принципы ESG стали нашей корпоративной культурой и этикой, бизнес ведется абсолютно прозрачно

Принципы ESG стали нашей корпоративной культурой и этикой, бизнес ведется абсолютно прозрачно, понятно для партнеров и инвесторов. В «Норильском никеле» принята стратегия развития, которая предусматривает не только достижение промышленных и финансовых показателей, но и экологическую модернизацию, лидерство в производстве так называемых «зеленых» металлов.

Мы пересмотрели параметры инвестиционной программы на 2021-2030 годы, ее финансирование увеличено до 35 млрд долларов. Из них шесть миллиардов — затраты на экологическую программу. К данным проектам относится и «Серная программа». Ее итогом станет снижение выбросов диоксида серы к уровню 2015 года в 2023 году не менее, чем на 45 процентов, а в 2025-ом — на 90 процентов.

«Чистая Арктика» — это проект, в рамках которого нам уже удалось очистить 30 километров прибрежной зоны на Таймыре. Скажу также о проекте, который станет, как нам хотелось бы, непосредственной частью «Чистой Арктики». Это «Чистый Норильск». Начали мы его в 2020 году, и уже есть существенные успехи. Мы планируем выделить за десять лет на очистку не только промышленных, но и всех городских территорий порядка 40 млрд рублей.

В аббревиатуре ESG нет слова «наука», но мы понимаем, что невозможно говорить об устойчивом развитии без научных изысканий. Мы завершили вторую часть Большой норильской экспедиции, и сейчас можно говорить о том, что экспедиция Полярного фонда, которая в народе уже получила название «экспедиция Чилингарова», закончена. Завтра будут доложены результаты работы, к которой привлекались 72 ученых из 10 научных институтов.

«Норникель» не является резидентом Арктической зоны, тем не менее стандарты ответственности резидента, утвержденные приказом Минвостокразвития № 181, стали для нас руководящим моментом. И во взаимоотношениях с коренными малочисленными народами севера (КМНС) компания придерживается принципа, указанного стандартами.

В структуре Заполярного филиала мы создали отдел, который работает с представителями КМНС. По их просьбе сформирован Координационный совет общин при Заполярном филиале «Норникеля». Таким образом мы создаем новую практику в российской Арктике и задаем стандарты отношений с местными сообществами. Мы составили план реализации мероприятий во взаимоотношениях с КМНС. В него входит 40 пунктов, начиная от строительства жилья и домов культуры и заканчивая гуманитарными акциями. Он рассчитан на пять лет и предусматривает финансирование в размере двух миллиардов рублей.

Хочу сказать, что деньги — не всегда главное. Когда Ассоциация КМНС обратила наше внимание на то, что у энцев (а это одна из пяти этнических групп, населяющих Таймыр, их 278 человек) утрачена письменность, мы поддержали проект по ее восстановлению. Об этом проекте было рассказано на высокой трибуне Организации Объединенных Наций. Сейчас мы такие же программы проводим с народностью саами на Кольском полуострове.

Есть еще одна инициатива, с которой Ассоциация КМНС вышла на нас. Песни военных лет не переведены на языки малых народов, поэтому мы поддержим создание сборника этих песен и запишем их исполнение к 9 Мая следующего года.

Один из важнейших признаков устойчивого развития — туризм. Недаром Николай Платонович Патрушев в свое время сказал, что невозможно представить изменение экономического облика Арктики без повышения ее туристической привлекательности. Сейчас эксперты фиксируют возросший интерес туроператоров не только к самой территории Арктики, но и к созданию там туристической инфраструктуры.

Вице-президент ГМК «Норильский Никель» Андрей Грачев: Арктика требует эксклюзивных подходов — Российская газета

В ООН представили опыт использования бизнесом принципа СПОС в Российской Арктике

Внимание бизнеса к проблемам общества за последние годы стало одним из самых быстрорастущих мировых трендов. Понятие «ответственная компания» перестало быть лишь громкой и модной фразой. Социальная ответственность стала неотъемлемой частью развития каждой компании, намеренной как минимум удержать позиции в обозримом будущем, и в значительной степени определяет уровень инвестиционной привлекательности. От соответствия требованиям ESG (экологическое, социальное и корпоративное управление – от английского Environmental, Social, Governance) зависит благополучие и стоимость бренда в не меньшей степени, чем рост производства, модернизация или увеличение выручки. Зачастую для инвесторов, международных организаций и потребителей значение ESG имеет ключевое значение. Речь идет не только о вопросах экологии и влияния на климат, которые вызывают сейчас повышенный интерес общественности по всему миру. Один из важнейших аспектов социальной ответственности – защита интересов людей и сообществ. Причем, как собственных сотрудников, так и всех жителей территорий, где компании ведут свою деятельность. В случае промышленных и добывающих корпораций речь часто идет о коренных народах и малочисленных этносах. В очередной раз это подтвердил состоявшийся на днях 10-й Форум ООН по вопросам предпринимательской деятельности и прав человека.

10 лет назад ООН приняла «Руководящие принципы предпринимательской деятельности в аспекте прав человека». По мнению собравшихся на форуме экспертов, эти единые для всех заинтересованных сторон правила обеспечили значительный прогресс в деле защиты интересов людей. Вместе с тем еще остаются пробелы в предотвращении и устранении неблагоприятного воздействия бизнеса, особенно на одну из самых уязвимых категорий населения Земли – коренные народы.

На сессии форума «Расширение прав и возможностей людей и формирование сообщества в области бизнеса и прав человека в Центральной и Восточной Европе» представители государств, общественных организаций, этнических сообществ и другие эксперты делились опытом и планами по улучшению взаимодействия бизнеса с сообществами. Одним из экспертов от российской стороны выступила исполнительный директор Межрегиональной организации «Объединение коренных малочисленных народов «СОЮЗ» (КМНСОЮЗ) Антонина Горбунова. Как юрист она уже много лет защищает права коренных народов, анализирует законодательство и участвует в его реформировании, а также проводит правовые тренинги для общин коренных народов.

Антонина Горбунова отметила, что права коренных народов в России защищены на конституционном уровне, законодательно закреплены меры по сохранению традиционного уклада жизни. С другой стороны, отношения коренных народов и частного сектора, включая добывающие отрасли, гораздо менее регламентированы и стандартизированы.

«Компании должны лучше понимать культуру коренных народов, специфику их жизнедеятельности и образа жизни, например, знать и учитывать с своей деятельности расположение священных для коренных народов мест. И коренные народы, и большинство крупных компаний в целом готовы к выстраиванию долгосрочных отношений, основанных на уважении культуры и признании прав коренных народов. Задача правозащитного сообщества и нашей организации, в частности, сформировать методологию и расширить понимание о механизмах консультаций и учета мнений коренных народов», — объяснила Антонина Горбунова.

По мнению эксперта, в результате такого партнерства у коренных народов и компаний может появиться общее видение наиболее важных международных стандартов, включая правозащитный принцип Свободного, предварительного и осознанного согласия (СПОС). В российском законодательстве этот принцип не прописан, хотя его элементы используются на практике. По мнению Антонины Горбуновой, необходимо более широко применять механизмы вовлечения коренных народов в принятие решений. В то же время важно содействовать компаниям, уже сейчас добровольно использующим принцип СПОС для установления долгосрочных отношений. Это позволит обеспечить полную информированность, устойчивое развитие, сохранение традиционного уклада жизни и самобытности, взаимодействие и сотрудничество.

Конкретный кейс, о котором говорила Горбунова, это применение СПОС в арктическом поселке Тухард на Таймыре. «Группа независимых международных экспертов, координируемых КМНСОЮЗ, оказывает в настоящее время консультации компании «Норникель» с тем, чтобы процедура отвечала самым актуальным международным стандартам, и главное – помочь компании и коренным народам выстроить долгосрочный диалог и эффективные коммуникации», – привела пример Горбунова.

Представители международных правозащитных институтов проявили большой интерес к представленному опыту. Участники форума обозначили принцип СПОС важнейшим инструментом защиты интересов коренных народов, а успешный опыт его применения – достойным поощрения и тиражирования.

 Антонина Горбунова в посёлке Тухард
Антонина Горбунова в посёлке Тухард

Источник

«Сам ты ошибка!» В Коми активист вышел на пикет после высказывания спикера Госдумы о национальных республиках · «7×7» Горизонтальная Россия

Госдума 9 ноября приняла в первом чтении законопроект о публичной власти в субъектах России, который обнулит губернаторские сроки и позволит главам регионов избираться неограниченное число раз. На заседании Госдумы депутат Олег Михайлов назвал проект «последним гвоздем в крышку гроба федерализма в РФ» и поднял вопрос о целесообразности вводимых для регионов норм. На это спикер Госдумы Вячеслав Володин критически высказался о национальных республиках и их самоопределении.

— Когда мы говорим о федерации, давайте изучим вопросы. Мы будем обязательно с вами анализировать, почему распался Советский Союз. Республики, национальные республики, самоопределение наций… Заложенные фактически изначально при построении государства ошибки привели к распаду страны [СССР], — сказал Володин на обсуждении.

После высказывания спикера Госдумы в Сыктывкаре активист «Новой республики» Святослав Красиков вышел на одиночный пикет с плакатом «Сам ты ошибка, способная привести к распаду!». По мнению общественника, регионам, наоборот, нужно больше прав и самостоятельности.
— Прочесть на 7×7-journal.ru/news/2021/11/11/sam-ty-oshibka-v-komi-aktivist-vyshel-na-piket-posle-vyskazyvaniya-spikera-gosdumy-o-nacionalnyh-respublikah

How Norilsk, in the Russian Arctic, became one of the most polluted places on Earth

A smelting company has poisoned rivers, killed off forests and belched out more sulfur dioxide than active volcanoes. Now it wants to produce more metal for the “green economy.”

Built as a resource colony by prisoners in the Soviet Gulag, Norilsk outlasted communism, embraced capitalism, and it now aims to ramp up production to sell the metals needed for electric vehicle batteries and the clean energy economy. Norilsk Nickel is the world’s leading producer of the high-purity Class 1 nickel that electric vehicle industry leaders like Tesla CEO Elon Musk are seeking. The company’s ambitions coincide with those of Russian President Vladimir Putin for greater development in the Far North, which he maintains can be accomplished sustainably. 

But Norilsk Nickel has undermined its own vision for the future by spoiling a priceless environment, with implications for the entire planet. The company’s pollution has carved a barren landscape of dead and dying trees out of the taiga, or boreal forest, one of the world’s largest carbon sinks. Its wastewater has turned glacial rivers red. Its smokestacks belch out the worst sulfur dioxide pollution in the world. And last year, a corroded tank burst and released 6.5 million gallons of diesel fuel into waters that flow to the Kara Sea. It was the largest oil spill in Arctic history. Although Norilsk Nickel maintains that no diesel fuel made it to the Arctic Ocean, the Russian government’s fisheries science agency told Inside Climate News that its testing showed that the contamination had reached that far.

Valeriya «Lera» Bolgova, a leader of the Nganasan people, one of five Indigenous tribes of the Taimyr peninsula, at a local festival in October 2021. The region’s first people have been unique witnesses to Norilsk Nickel’s indelible imprint on the environment, because fish and reindeer meat are still central to their diets.Courtesy Valeriya Bolgova

The story of Norilsk’s pollution is written in the trees: 5.9 million acres of dead and dying boreal forest downwind from the Norilsk Nickel compound — a scar larger than New Jersey, slashed into the largest forested region on Earth. 

In tree ring samples, scientists have pinpointed the great rush of sulfur dioxide pollution that began in 1942, when the first nickel smelter geared up to meet the Soviet Union’s need for stainless steel during World War II. And the tree rings have shown how the rate of forest deaths here jumped in the 1960s, from 5 percent annually to 30 percent annually at one research site, said a study that researchers from Siberian Federal University and the University of Cambridge published last year. The discovery at that time of huge new ore reserves gave Norilsk Nickel “a new lease on life,” the company noted in its official history

By the early 1980s, all larch trees within 40 miles east of Norilsk were dead.

Satellite readings show that no other human enterprise — no power plant, no oil field, no other smelter complex — generates as much sulfur dioxide pollution as Norilsk Nickel. In fact, the only entities on Earth that rival its sulfur emissions are erupting volcanoes, according to a monitoring project led by scientists at NASA and Environment Canada. At 1.9 million tons of sulfur dioxide emissions annually, Norilsk produces as much sulfur pollution as the entire U.S. — all concentrated in a city the size of Eugene, Oregon.

“You cannot breathe there,” Valeriya “Lera” Bolgova, a leader of the Nganasan people, one of five Indigenous tribes of the Taimyr peninsula, said in an interview. The region’s first people have been unique witnesses to Norilsk Nickel’s indelible imprint on the environment, because fish and reindeer meat are still central to their diets.

 “When the pollution proceeds, and proceeds as intensively as it is nowadays, both the fish and the animals start looking for a cleaner environment,” Bolgova said. 

Researchers from Siberian Federal University affirmed that the reindeer patterns havedramatically changed on Taimyr. They found the average stay of the reindeer at their traditional summer calving and feeding place to be just 63 days, a third of what it was in the 1960s.

As for human health, lung cancer mortality is 1.2 to 2.5 times higher in Norilsk than in other Russian cities, and deaths from cardiovascular disease and infectious diseases also are elevated, according to the latest research.

Russian scientists determined that diesel fuel from the spill did reach Pyasino Lake and beyond. Contamination was found in bottom sediment in the lake and the entire 900-kilometer length of the adjoining Pyasino River, including at its mouth in the Arctic Ocean’s Kara Sea, said Vyacheslav Bizikov, the deputy director of the Russian government’s All-Russian Research Institute of Fisheries and Oceanography in Moscow, in an interview with Inside Climate News.

Bizikov led the expedition of scientists, who lived on boats for 17 days sampling water, sediment and fish. The researchers found both diesel fuel and heavy metal contamination in the liver and muscles of fish they tested, and they warned local authorities and Indigenous communities that the fish weren’t safe to eat, he said.

The findings became the basis of the lawsuit the Russian fisheries agency filed against Norilsk Nickel in July. The company and the agency are working out an agreement on how to further study the damage, restore the environment and replenish the fish, Bizikov said. 

“We can restore and recover the ecosystems and water ecosystems if we do it right,” Bizikov said. “As I see it, it’s not a matter of one day or one year. If there will be no more accidents, we will manage to fix it. It’s difficult to say when, but in 10 years, maybe we will see the definite results.”

New pressures for change are building on Norilsk Nickel from the outside. 

Read the full article here:

Кольская ГМК первой в России прошла аудит по устойчивому развитию

Кольская ГМК стала первой в России компанией, прошедшей аудит по стандарту Responsible Minerals Initiative ESG Standard. Компания подтвердила свой статус ответственного поставщика полезных ископаемых и готовой продукции.

Кольская ГМК первой в России прошла аудит по устойчивому развитию

С 9 по 12 ноября в Кольской ГМК в Мончегорске в рафинировочном цехе и цехе электролиза никеля проводился аудит по устойчивому развитию по двум стандартам: JDDSRMI (Join Due Diligence Standard) и RMI ESG Standard (Responsible Minerals Initiative ESG Standard). Его провела компания TDI по заказу инициативы Responsible Minerals Initiative.

— Прохождение аудитов позволяет показать покупателям, что продукция — металлы или полупродукты — производились с полным соблюдением национального законодательства, норм охраны труда, промышленной, пожарной, экологической безопасности. Кроме того, проверяется система должной осмотрительности, то есть насколько законно поставляется сырье в Кольскую ГМК. От соблюдения ESG-принципов (ответственное отношение к окружающей среде, высокая социальная ответственность, высокое качество корпоративного управления, — ред.) зависит, кто будет покупать продукцию и по какой стоимости, — рассказал Kn51 начальник управления устойчивого развития КГМК Вячеслав Чалый.

Прошедший аудит не выявил критических моментов, на которые необходимо немедленно реагировать. Работа по устранению замечаний и выполнению рекомендаций будет проведена после получения итогового отчета. Затем Кольская ГМК появится на сайте Responsible Minerals Initiative в статусе достойного поставщика полезных ископаемых и готовой продукции с получением соответствующего сертификата.

Получение этого документа позволит сократить количество проводимых аудитов в будущем, ведь покупатели смогут убедиться в соответствии работы Кольской ГМК ESG-принципам благодаря сертификату.

— Responsible Minerals Initiative ESG Standart выпущен совсем недавно. В мире аудит по нему прошли всего несколько компаний, в России Кольская ГМК стала первой. Мы ежегодно будем подтверждать свой статус, — подчеркнул Вячеслав Чалый.

Источник

Арктика сегодня: глава Российской академии наук Александр Сергеев — о климате и энергопереходе

Президент РАН А. Сергеев дал интервью «Российской газете», в котором изложил основные аспекты позиции России в отношении смены глобального энергетического уклада, квотирования выбросов, и прочих актуальных тем климатической повестки. Данные вопросы имеют первоочередную важность для нашей страны хотя бы потому, что значительная часть её территории находится в Арктике – макрорегионе, особенно чувствительном к изменениям климата. Предлагаем обзор основных тезисов ученого.

А. Сергеев
  • Россия последовательно отстаивает необходимость снижения негативного антропогенного воздействия на природу. Руководствуясь данным пониманием, она подписала ключевые документы в данной сфере – Киотский протокол и Парижское соглашение по климату. В то же время, позиция России предполагает взвешенный подход: реализуемые изменения должны быть научно обоснованными и экономически целесообразными.
  • Необходимо учесть действительный вклад России – ее лесов и сельхозугодий, а в перспективе и водных объектов – в дело утилизации парниковых газов и устранение загрязняющих веществ. Впрочем, в силу того, что ранее оценка этого вклада была сильно заниженной, нашей стране придется доказывать сам факт его наличия. 
  • Для того, чтобы уйти от международного статуса «загрязнителя» и связанной с ним необходимости производить компенсационные выплаты Евросоюзу по механизму трансграничного климатического регулирования (СВАМ), нужны масштабные исследования, позволяющие обосновать реальные показатели поглощения СО2, осуществляемого «зелеными легкими» России. В этих целях в РФ создается сеть карбоновых полигонов.
  • Еще один важный элемент этих усилий – работа по продвижению атомной и гидроэнергетики как «зеленых». Хотя на данный момент энергия атома считается на Западе опасной и неэкологичной, Россия способна убедить мировое сообщество в обратном. Речь идет о российском проекте «Прорыв», который должен устранить существующие фобии. В его рамках впервые будет реализован замкнутый ядерный цикл, который, по утверждению авторов проекта, гарантирует безопасность атомной энергетики при любых ситуациях – и при этом решает проблему утилизации расщепляющихся материалов. В свою очередь, для «реабилитации» гидроэнергетики Минэнерго запускает масштабный проект, призванный всесторонне изучить реальное влияние ГЭС на гидросферу и биоразнообразие.
  • ВИЭ, широко внедряемые в настоящее время, не являются оптимальным ответом на климатический вызов, так как сами формируют новые, пока малоизученные, экологические проблемы. Не оценены в полной мере и экономические угрозы, которые несет «зеленая» энергетика.
  • Ставка на развитие водородной энергетики, сделанная в развитых странах, во многом является политически мотивированной. По сегодняшним оценкам, стоимость получения водорода должна быть примерно в пять раз ниже, чтобы  было экономически выгодно его использование как энергоресурса. При этом водород сложно хранить и транспортировать.

«Арктика сегодня» – цикл статей Александра Стоцкого, генерального директора Проектного офиса развития Арктики, в которых анализируются важнейшие тренды международной, федеральной и региональной арктической повестки.

Источник

Геннадий Семигин встретился с Верховным комиссаром ОБСЕ по делам нацменьшинств

23 ноября 2021 года в Комитете по делам национальностей прошла встреча Председателя Комитета Геннадия Семигина и Верховного комиссара ОБСЕ по делам нацменьшинств Кайрата Абдрахманова.

Приветствуя гостей, Геннадий Семигин коротко рассказал об актуальной повестке Комитета Государственной Думы по делам национальностей.

По мнению Председателя Комитета, и Президент России, и Правительство, и парламентарии солидарны в том, что межнациональное согласие является фундаментальным стержнем для многонациональной России. 

«Это понимание объединяет сегодня и власть, и даже оппозицию. Мы видим, что геополитическое влияние на эту сферу жизни нашего общества серьезно финансируется извне. А потому работаем на укрепление, предотвращение и профилактику любого рода конфликтов, решение практических вопросов, которые поднимаются в многонациональных республиках нашей страны», — отметил Председатель.

«Как парламентарии мы внимательно следим за тем, чтобы этнокультурные интересы наших граждан отражались и защищались законодательством: так, к обсуждению всех инициатив привлекаем широкий круг экспертов, этнокультурной общественности и представителей регионов», — подчеркнул Геннадий Семигин.

В числе приоритетов Комитета Геннадий Семигин назвал вопросы языковой политики, обеспечения особых прав коренных малочисленных народов Севера, а также общие задачи социально-экономического развития, повышения уровня и улучшения качества жизни россиян.

Кайрат Абдрахманов выразил слова признательности за политику, проводимую в России по гармонизации межнациональных отношений, обеспечению этнокультурных прав граждан в образовательной политике страны, поддержки русского языка за пределами Российской Федерации. «Опыт России неоценим и заслуживает широкого распространения и популяризации на территории большинства стран ОБСЕ», — подчеркнул Кайрат Абдрахманов.

Гость также выразил готовность к продуктивному взаимодействию на парламентских площадках ОБСЕ. «Ведение диалога и обмен лучшими практиками в законодательной деятельности может помочь в решении практических вопросов», — заключил Кайрат Абдрахманов.

Подводя итоги встречи, Геннадий Семигин призвал продолжать совместную работу по популяризации огромного российского опыта в сфере межнациональных отношений. «Все перспективы для сотрудничества и совместной работы у нас есть», — заключил Председатель Комитета.

Геннадий Семигин встретился с Верховным комиссаром ОБСЕ по делам нацменьшинств

В Дудинке сотрудники Проектного офиса развития Арктики представили проект цеха по переработке мяса оленя и рыбы

В Дудинке сотрудники Проектного офиса развития Арктики представили проект цеха по переработке мяса оленя и рыбы для представителей общин коренных малочисленных народов. Он предусматривает строительство производственного помещения, установку четырех контейнеров-рефрижераторов и помещений для временного размещения рыбаков и охотников, которые будут привозить свою добычу на переработку. Объемы переработки – 600 кг мяса/рыбы/ягод за одну смену. Работать в цеху будут 2-3 человека. Пока что речь идет о первичной переработке – разделке мяса. В будущем есть возможность расширить производство, например, установив коптильное оборудование. Также будет проводиться и переработка дикоросов. Уже проведены предварительные переговоры с торговыми сетями Норильска – они готовы покупать продукцию цеха. Сейчас решается вопрос о том, где лучше разместить производство.

Источник

Восставшая колония. Почему маленький Ненецкий автономный округ дважды пошел против воли федеральной власти

Рабочую группу по объединению субъектов тогда возглавил зампред окружного собрания депутатов Чупров. «Бездудный вызвал в офис, [предложил], я сказал: «Буду, а чего», — вспоминает он.

— То есть были не против объединения?

— Я против объединения, — возражает Чупров.

— А зачем рабочую группу тогда возглавили? — удивленно спрашиваю я. — Не можешь остановить процесс, возглавь его?

— Не совсем так. Я действовал из своих депутатских обязанностей участвовать в процессе, обеспечивать его законность, чтобы интересы жителей нашего региона учитывались. На первом заседании мы решили собрать мнения жителей НАО по поводу объединения, чтобы потом передать Бездудному. Мы собрали и передали, свою работу выполнили, а нас изобразили [негодяями]. Фигня, конечно, — отвечает Чупров. Он говорит тихо, почти не смотрит в глаза — похоже, ему неприятно вспоминать то время.

Ружников, коллега Чупрова по окружной думе, настаивает, что тот «конкретно был за объединение»: «Все единороссы молчали сидели, а вот он аж в руководители группы полез. Что-то ему, скорее всего, в Архангельске пообещали, но потом он, увидев, что происходит, передумал. Только поезд уже тронулся, и все дерьмо на него вылилось. Ему больше всех досталось — не знаю, останется ли он политиком вообще».

Карта полезных ископаемых Нарьян-Мара. Фото: Светлана Виданова / «Новая газета»

https://novayagazeta.ru/articles/2021/11/03/vosstavshaia-koloniia

«Отдельные страны агрессивно навязывают свои ценности и не приемлют альтернативы»: в Москве прошел Всероссийский форум «Народы России»

18 — 19 ноября в Москве состоялся второй Всероссийский форум «Народы России», организованный Федеральным агентством по делам национальностей (ФАДН). Так уж сложилось исторически, что Россия — страна многонациональная. Поэтому практически любые силы, которые стремятся ослабить нашу страну, первым делом бьют по «национальному вопросу».

Россия выступает за настоящее многообразие взглядов и право выбора модели развития для каждого государства.

Заместитель главы администрации президента РФ Магомедсалам Магомедов
Первый заместитель председателя Комитета Госдумы по международным делам, декан факультета государственного управления МГУ, председатель правления фонда «Русский мир» Вячеслав Никонов

«В отличие от ультралибералов, агрессивно насаждающих стандарты новой этики, а теперь уже «новых нормальностей», путем предъявления практически в ультимативной форме требований отказаться от традиционализма, мы свой взгляд никому не навязываем. Это принципиально важный момент», — отметила официальный представитель МИД РФ Мария Захарова.

Руководство Федерального агентства по делам национальностей (ФАДН) РФ отметило, что фейковые вбросы на межконфессиональные и межрелигиозные темы в информационное пространство России, как правило, появляются из-за пределов нашей страны.

«Геополитические противники России не прекращают попытки использования национального и религиозного фактора для дестабилизации социально-политической обстановки, инспирирования сепаратистских настроений. С января по ноябрь текущего года выявлено свыше 1600 информационных поводов, способных привести к конфликтным ситуациям», — поделился данными заместитель руководителя ФАДН Станислав Бедкин.

Ярким примером такого иностранного влияния на ситуацию в России является попытка политизировать примеры гуманитарного сотрудничества в рамках финно-угорских форумов, на которых иностранные представители распространяли заявления о бедственном положении этих народов, дискредитации их по языковому принципу, необходимости решения вопроса о выходе национальных республик из состава России».

Первый заместитель председателя Комитета Госдумы по международным делам, декан факультета государственного управления МГУ, председатель правления фонда «Русский мир» Вячеслав Никонов рассказал об особенностях построения межнациональной политики в разных странах мира.

«Русский язык преследуется сейчас, в том числе по политическим мотивам. Ни один язык не исчезал так стремительно с планеты на протяжении последних 30 лет. Когда распадался Советский Союз, считается, что по-русски говорило порядка 350 миллионов. С тех пор это число сократилось по меньшей мере на 50 миллионов человек», — убежден эксперт.

Помимо Вячеслава Никонова в работе форума приняла участие целая группа парламентариев: председатели комитетов Государственной Думы по делам национальностей Геннадий Семигин, по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений Ольга Тимофеева, по информационной политике, информационным технологиям и связи Александр Хинштейн.

Геннадий Семигин обратил внимание на вопросы миграционной политики, работу с молодежью, рассказал о готовящихся изменениях в законодательстве: поправках в закон «О национально-культурной автономии» и корректировках в регулировании деятельности малочисленных коренных народов.

Делегация Ассоциации КМНСС и ДВ РФ на форуме «Народы России»

Источник

На фоне отказа Москвы от угольной сделки в Глазго в России готовятся к крупному арктическому проекту

Ожидается, что добыча угля в России в 2021 году вырастет на 6 процентов и продолжит расти дальше в ближайшие годы, отчасти за счет добычи в Арктике.

Уголь стал одним из главных пунктов повестки дня 26-й сессии Конференции сторон в Глазго. Но ни Россия, ни другие крупные угледобывающие страны, такие как Китай, Австралия и США, на этой неделе не присоединились к инициативе по поэтапному отказу от крайне вредного для окружающей среды ископаемого топлива.

Как сообщает сайт Конференции ООН по изменению климата, под обязательством подписались как минимум 23 страны, среди которых 5 из 20 крупнейших в мире стран-потребителей угля.

Несмотря на свой растущий интерес к сокращению выбросов, Россия планирует не сокращать добычу угля, а наращивать ее. По данным министерства энергетики страны, ожидается, что в 2021 году добыча вырастет на 6 процентов. А в 2022 году — еще на 1,5 процента, рассказал в интервью РИА Новости представитель министерства Сергей Мочальников.

По словам чиновника, запасы угля в России превышают 400 млрд тонн и их хватит еще на 350 лет добычи.

Сейчас Россия экспортирует около 110 млн тонн угля в год, из которых около 48 млн тонн идет в европейские страны.

Государственная программа развития угольной промышленности до 2035 годапредусматривает значительный рост добычи. По заложенному в программу консервативному сценарию она вырастет до 485 млн тонн, в то время по оптимистическому сценарию она может составить 668 млн тонн в год.

В 2019 году в России было добыто 441,4 млн тонн угля. В 2020-м добыча упала до 402,1 млн тонн.

За последние десять лет добыча выросла на 30 процентов. За этим ростом стоит ряд новых угольных проектов. Из 58 действующих в России угольных шахт почти половина открылась в последние 20 лет.

И идет подготовка к еще нескольким угольным проектам, в том числе и в Арктике.

На одном только полуострове Таймыр, на обширных заполярных территориях, простирающихся до Карского моря, есть планы создания нескольких крупных шахт.

Одна из компаний, работающих в регионе, — это «Северная звезда» группы AEON Романа Троценко.

Она планирует добывать на Сырадасайском месторождении около 5 млн тонн угля в год. Весь это объем будут вывозить по Северному морскому пути.

Как заявляют разработчики проекта, к 2026 году на месторождении должно добываться около 7 млн тонн угля в год.

За этим  могут последовать и другие проекты в регионе. Таймыр обладает огромными запасами угля, и до недавнего времени компания «ВостокУголь» планировала только в течение следующих пяти лет ежегодно добывать здесь более 25 млн тонн угля.

Источник

Многие общины с нетерпением ждали сегодняшнего дня, чтобы получить льготу на бронирование гостиниц

Для представителей коренных малочисленных народов Севера (КМНС) снижают цены в московских гостиницах, входящих в программу «Север-Москва-Центр».

«Наше агентство успешно сотрудничает с общественными организациями коренных народов. Многие общины с нетерпением ждали сегодняшнего дня, чтобы получить льготу на бронирование гостиниц, – сообщила Дарья Экман. – Удобство наших гостиничных номеров в том, что они расположены в непосредственной близости от Совета Федерации, Государственной думы, Кремля и в двух минутах ходьбы от станции метро «Тверская», что позволяет быстро добираться до любой точки Москвы».

Раньше программа работала только для представителей коренных народов двух регионов – Мурманской области и Тувы. С 15 ноября все представители КМНС могут бронировать гостиницы в центре Москвы со скидками, если едут в отпуск, командировку или с медицинскими целями.

Программу «Север-Москва-Центр» с 1 мая реализует Агентство «Народы Севера». Ей уже воспользовались представители народа саамов и тувинцев-тоджинцев.

«С 15 ноября нам удалось еще снизить цены на проживание в гостиницах Москвы для представителей коренных народов. Подтверждения национальности при бронировании не требуется, все документы на льготное размещение предоставляют наши специалисты», – рассказала руководитель многофункционального агентства «Народы Севера» Дарья Экман.

Подробная информация о бронировании размещена на сайте kmns.ru в разделе «Наши сервисы».

Многофункциональное агентство «Народы Севера» специализируется на поддержке общин коренных народов, способствует организации сбыта продукции, кооперации при совместных закупках.

Источник

Жители Швеции относятся к саами предвзято

Скандинавия vs Кольский полуостров: Чем отличаются саами из разных стран.

На сегодняшний день власти как скандинавских стран, так и России, оказывают саами поддержку, чтобы не утратить самобытную культуру. Как известно, саами живут не только на Кольском полуострове, но и в скандинавских странах. Их объединяют общая история и культура, быт, но есть и свои особенности. Рассказываем, каковы различия между разными группами коренного северного народа.

Морской или лесной?

Численность коренного народа Севера Европы небольшая — около 31 тысячи человек. Больше всего саами насчитывается в Норвегии, потом идут Швеция и Финляндия. В России они живут в основном в Мурманской области – в Ловозерском, Ковдорском и Кольском районах. Представителей этого народа у нас осталось лишь около 2 тысяч человек.

Родной язык народа — саамский — относится к финно-угорской семье языков и занимает в ней особое место. Лингвисты выявляют в нем субстрат, восходящий, по их мнению, к самодийским языкам.

— Современный саамский язык распадается на ряд диалектов, различия между которыми довольно значительны. Исследователи делят саамов в языковом отношении на две ветви — западную и восточную. К последней относятся саамы Кольского полуострова и две финские группы саамов — инари и сколты. Они говорят на трех диалектах: большинство — на иокангском и кильдинском, меньшая часть — на нотозерском. Саамы России знают сейчас также и русский, — сообщили в правительстве Мурманской области.

У саамов можно выделить четыре основных хозяйственно-культурных типа. К первому относится наиболее многочисленная группа горных саами, живущих преимущественно в Швеции, небольшое число — в Норвегии и Финляндии. Они занимаются главным образом горным оленеводством и ведут кочевую жизнь. Вторая группа — оседлые приморские, или береговые, саами, к которым принадлежит большинство саамов Норвегии. В основном они занимаются морским рыболовством, летом и осенью – промыслом семги, а весной ловят треску с берега. Третья группа саамов — так называемые лесные. Они населяют в основном лесные области Швеции и Финляндии и занимаются преимущественно охотой на дикого северного оленя и пушных зверей, а также лесным оленеводством. Образ жизни их полукочевой.

— Саами Кольского полуострова представляют собой совершенно самостоятельную этнографическую группу — кольские саами. Их можно отнести к четвертому типу, который сочетает в себе оленеводство, рыболовство и охоту. Ранее образ жизни у них был полукочевой, а в последние десятилетия стал оседлым, — отметили в региональном правительстве.

Характерной особенностью оленеводства кольских саамов являлся почти до конца XIX столетия так называемый вольный выпас. По сути, он заключался в следующем: с весны до осени олени «отпускаются на волю» и лишь осенью собираются оленеводами для зимнего наблюдения. Подобная система выпаса была основана на привычке оленей держаться из года в год в местах, известных хозяевам.

Наиболее обобщенную характеристику внешнего облика саамов дает путешественник и этнограф Владимир Львов в своем труде «Русская Лапландия и русские лопари: географический и этнологический очерк»: «По большей части саами маленького роста, крепки, коренасты, здоровы. Голова короткая и круглая. Лицо широкое, расплывчатое. Кожа смуглая, темная, но не столько сама по себе, сколько от постоянной грязи и копоти. Усы и борода обыкновенно растут плохо, как у других финских народов. Нос широкий и короткий, часто вздернутый. Но бывают и выше среднего роста, с овальным лицом, прямым носом, с длинной окладистой бородой».

Правовое положение

Жители Швеции часто относятся к саами предвзято, а знание большинства шведов о них сводится к тому, что саами — кочевники, пасущие северных оленей. Одна из причин такого стереотипного представления о культуре саами связана с изъянами в школьных программах, что не дает ученикам достаточного объема знаний о коренных народах вообще и о саами в частности.

Одним из наиболее важных с юридической точки зрения событий последних лет для шведских саами стало признание за ними в 2011 году традиционного права на определенную территорию. К слову, в Швеции есть саамский парламент, регулярно проходят конгрессы и конференции саамского населения страны.

В Норвегии долгое время саамское население подвергалось принудительной ассимиляции, и лишь в 1992 году саамские языки и культура народа были признаны на официальном уровне.

В СССР сильнейший урон саами был нанесен сталинскими репрессиями. С 1930-го по 1947 год на Кольском полуострове было репрессировано 118 саамов (при общей их численности менее 2 тысяч человек), из них 50 человек были расстреляны.

На сегодняшний день права саамов в той или иной степени законодательно закреплены в Норвегии, России, Финляндии и Швеции. В частности, в Финляндии саамское население, согласно статье 17 действующей Конституции страны, имеет право на сохранение и развитие своего языка и своей культуры. В этом же параграфе Конституции закреплено право саамов пользоваться своим языком в органах власти. Кроме того, на территории Саамского региона саамы имеют автономию в вопросах языка и культуры.

В России статус саамов как коренного народа закреплен в Уставе Мурманской области. Для обеспечения этнокультурного развития саами, защиты их исконной среды обитания и традиционного образа жизни в регионе для них предусмотрены льготы. Также успешно воплощается план мероприятий по реализации в 2016 — 2025 годах «Концепции устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ» в Мурманской области.

Источник

Голос Земли: Разочарование! Заключительная декларация COP26 коренных народов, НПО гражданских и местных сообществ

14.11.2021

От: https://demandclimatejustice.org/2021/11/12/cop26statement/

Как общественные движения и организации гражданского общества, мы отстаиваем центральную роль жизни, людей и планеты и не прекращаем борьбу, пока не добьемся лучшей жизни для всех. Наш долг — говорить правду о мире, который мы все разделяем, и о кризисах, которые нас охватывают. Далее следует наша оценка КС26.

Еще до его начала COP26 был представлен как ошеломляющий успех. Те из нас, кто смог найти способ обойти вакцинный апартеид, «враждебную среду», постоянно меняющиеся правила карантина, проблемы с оформлением виз и завышенные цены, которые сделали «самый инклюзивный саммит в истории» самым инклюзивным за всю историю, были исключены из переговоров. Между тем, для представителей индустрии ископаемого топлива и других сутенеров беды была расстелена красная дорожка, и они составили самую большую делегацию на COP26. Мы прибыли в Глазго, чтобы оказаться в Давосе, где полиция жестко расправляется м протестующими, а настоящие преступники празднуются.

В течение нескольких дней нас кормили длинными заявлениями, речами и разъяснениями так называемых мировых лидеров от политики и бизнеса, которые прилетели на своих частных самолетах (нарушая правила, которым должны следовать остальные), чтобы попросить нас аплодировать им. Но если мы будем честны, то должны сказать, что эти утверждения являются иллюзией — отвлечением от истины, причем опасным. Для самых богатых стран нет никакой связи между аплодисментами и действиями. Уродливая реальность заключается в том, что промышленно развитые страны выступают за принятие мер по борьбе с изменением климата — до тех пор, пока им не придется самим выполнять и финансировать большую часть работы.

Год за годом мы пытались вмешаться в переговоры, которые год за годом все дальше уходили от своей цели. Процесс, который власть имущие сколотили в свою пользу, не привел ни к каким обязательным обязательствам по удержанию температуры ниже 1,5 градусов Цельсия; ни к перераспределению ресурсов для обеспечения справедливого перехода, а к гибким и добровольным «взносам», которые не соответствуют науке и оторваны от справедливости. В течение трех десятилетий мы наблюдали, как загрязнители ускользают, историческое перекладывание бремени с богатых на бедных, с тех, кто создал эту несправедливость, на тех, кому эта несправедливость навязана.

Возможно, в некоторых текстах есть формулировки, которые мы можем назвать крошечной победой, но 26 последовательных КОПов на практике игнорировали необходимость выплатить возмутительный исторический долг, который Глобальный Север должен Глобальному Югу.

Вместо этого существует бесконечный парад предполагаемых решений, пустых обещаний и ложных, оппортунистических заявлений, пустых по своему содержанию и опасных по своему воздействию. Переговоры, которые должны были способствовать глобальному сотрудничеству в борьбе с изменением климата, стали главным средством «зеленого промывания» корпораций и правительств через захват крупного бизнеса.

COP26 знаменует собой кульминацию новой эры в печальной истории международной климатической политики, отмеченной цинизмом, захватом корпораций и государственным соучастием в расширении смертоносной машины ископаемого топлива, которая является смертным приговором для миллионов коренных народов и местных сообществ на Глобальном Юге, тех, кто уже ощутил на себе наихудшие последствия изменения климата.

Эпоха отрицания климата закончилась; наступила эра климатического колониализма.

Промышленно развитые страны говорят змеиным языком о срочности и амбициозности. Единственная настоятельная необходимость и амбиции, которые они испытывают, — это сохранение своего господства над остальным миром, его людьми и ресурсами. Они заявляют, что обязуются сделать что-то в определенный момент в будущем, но уклоняются от любого регулирования, которое заставило бы их нести ответственность.

Вместо создания четких правил и обязательств, основанных на науке и справедливости, они создают лазейки и углеродные рынки для «компенсации» выбросов. Вместо того чтобы сокращать их, они превращают природу в товар и перекладывают бремя на Юг через торговлю углеродом — бремя, которое непропорционально накладывается на женщин, молодежь, коренные народы и передовые сообщества и нарушает их права. Под видом «решений, основанных на природе», они продвигают масштабное сжигание биомассы, технологии хранения углерода, коммерциализацию океана и методы, которые вытесняют производство продуктов питания и приводят к дальнейшему обезлесению.

Они говорят о важности климатического финансирования и о том, что нельзя отказываться от уязвимых слоев населения. Многократно нарушенное обещание о выделении 100 миллиардов долларов в год, что является лишь малой частью той суммы, которую они обязались выделить, делает это заявление насмешкой. Вместо того, чтобы взять на себя четкие обязательства по новому климатическому финансированию для удовлетворения неизмеримых потребностей развивающихся стран, они расстилают ковер для финансовой индустрии, чтобы получить еще больше прибыли от климатического коллапса.

Развитые страны постоянно говорят о важности адаптации к изменению климата и возмещения потерь и ущерба, но продолжают избегать какой-либо ответственности и блокировать финансирование сообществ, находящихся на передовой линии вредного воздействия. Таким образом, вместо многостороннего соглашения, определяющего четкий путь решения климатического кризиса, мы получили документ, который ведет нас дальше по пути климатической несправедливости.

Поэтому мы, нижеподписавшиеся всемирные организации гражданского общества и общественные движения, требуем:

Мы требуем путей, которые срочно и справедливо внедряют реальные, ориентированные на людей решения, чтобы привести нас к «реальному нулю» к 2030 году в развитых странах и как можно скорее до 2050 года в развивающихся странах.

1. Прекратить ложь и пустые обещания под видом «чистого нуля». Мы настоятельно призываем искать пути к справедливым и реальным решениям, ориентированным на интересы людей, чтобы привести нас к «реальному нулю» к 2030 году в развитых странах и как можно скорее к 2050 году в развивающихся странах.

2. Прекратить другие ложные решения, такие как углеродные рынки и геоинженерия, которые тратят впустую время, вытесняют сообщества и разрушают экосистемы ради прибыли загрязнителей, а также позволяют богатым странам уклоняться от своей ответственности.

3. Эффективные решения для реального преодоления климатического кризиса должны опираться на местные и коренные сообщества и низовые организации и приносить им пользу, а также избегать эксплуататорских мегапроектов, контролируемых глобальными корпорациями.

4. Правительства и корпорации, загрязняющие окружающую среду, должны платить за ущерб, который они наносят. Отрасли, которые подпитывали климатический кризис, финансировали отрицание климата и блокировали действия на протяжении десятилетий, должны быть привлечены к ответственности. Это означает привлечение их к уголовной и финансовой ответственности и принуждение их к прекращению жестокого обращения с Землей.

5. Быстрый и справедливый отказ от производства и потребления ископаемого топлива посредством справедливого перехода, при котором каждая страна берет на себя обязательства по выполнению своей справедливой доли климатических действий на основе своих исторических и текущих обязанностей в интересах местных и исторически перемещенных низовых сообществ. Четкие цели и сроки, в том числе на непосредственную и ближайшую перспективу, для достижения нулевого глобального роста к 2050 году.

6. Срочное предоставление климатического финансирования — намного больше, чем недостигнутая цель в 100 миллиардов долларов в год, — достаточного и отвечающего реальным климатическим потребностям людей и местных сообществ на Глобальном Юге. Климатическое финансирование должно быть государственным, не создавать долгов и осуществляться в рамках инклюзивного процесса, который обеспечивает взносы на основе равенства и справедливой доли, без каких-либо условий.  Климатическое финансирование должно включать покрытие убытков и ущерба. Для этой цели должен быть создан специальный фонд финансирования.

На немецком здесь: https://gfbv-voices.org/

Die Stimme der Erde: Enttäuscht! COP 26-Abschlußerklärung indigener Völker, NGOs der Zivilgesellschaft und lokaler Gemeinden

ФСИН и министерство юстиции предлагают привлекать заключенных к работе на стройках в Арктике

ФСИН и министерство юстиции предлагают привлекать заключенных к работе на стройках в Арктике

Труд осужденных можно использовать на очистке региона от загрязнений и его благоустройства, а также при строительстве крупных промышленных объектов, считают в тюремном ведомстве. Об инициативе, которую планируется оформить в законопроект и внести в парламент, сообщает агентство «Интерфакс». Ее озвучили сегодня на форуме «Преступление, наказание, исправление» в Рязани. Взамен ФСИН предлагает льготное исчисление срока наказания в виде принудительных работ. Как следует из слов директора ведомства Александра Калашникова, в Арктику будут отправлять тех, кто этого пожелает. Планируется ли принудительно привозить туда осужденных, не уточняется. Между тем, по словам руководителя ведомства, за 10 лет в России снизилось количество сидящих в тюрьмах. Страна вышла из тройки мировых лидеров по этому показателю. Также Калашников рассказал про создание новой системы беспристрастной оценки работы сотрудников ФСИН и поведения заключенных. Он пояснил, что это поможет соблюдать права арестованных и осужденных.

Проект Gulagu.net уже несколько недель публикует ролики со свидетельствами пыток заключенных в российских тюрьмах. Правозащитники называют издевательства системными и обвиняют в этом руководство ФСИН и других госструктур.

— Прочесть на echo.msk.ru/amp/news/2938204-echo.html

COUNTERING THE ‘NUCLEAR FOR CLIMATE’ NARRATIVE: TESTIMONIES FROM THE FRONTLINES OF THE NUCLEAR FRONTIER

Beyond Extraction sought views from nuclear power’s extractive frontier and from those actively resisting its expansion

by Devin Holterman & Patrick Schukalla

‘Nuclear for Climate’ as an extractive strategy

02.11.2021_ Last year’s COP meeting has just begun. Postponed due to the pandemic — Glasgow, Scotland, was to host the summit in November 2020 — representatives from around the world are once again turning their attention to the problem of climate change at the UN conference. COP26 in Glasgow will get a lot of attention, but probably not enough measured against the undisputed and enormous challenges of anthropogenic climate change. The year 2021 has – yet again – made it clear in many parts of the world, and in some cases cruelly[1], that urgent action is needed. The latest IPCC report once again provides the scientific insights, but the political and economic consequences remain controversial and the result is all too often inaction. The changes necessary to avert complete breakdown will have to be more profound than merely changing electricity suppliers. At stake is a profound change in the way we produce, consume and live. In short, the dominant paradigm in the fight against climate change lacks a post-growth strategy. But some propagate a supposedly simple carbon-free way out: nuclear power. For years now, a narrative has been gaining renewed support in certain corners, according to which the production of electricity through nuclear fission seems imperative for climate change mitigation. Against the backdrop of COP26, Beyond Extraction draws a line from nuclear lobbying in the name of climate protection to the centre of our collective’s work so far, the critical examination of the consequences and devastation of mining, exploration, and the speculation in raw materials.

In this brief article, we look at the link between the nuclear lobby, the mining industry and resource speculation and bring to the forefront the people and places who would be affected by uranium mining. While the nuclear industry is trying to present itself internationally as key to the energy solution of the climate crisis, the mining industry is waiting in the wings to offer new and old uranium mining projects as investment opportunities. But what about the people and places that would be affected by uranium mining? In order to answer this question, we need to focus on an area mostly ignored in the general debate: the initial stages in the nuclear fuel chain[2]. 

The various other reasons[3] for which nuclear power cannot be a valid answer to the climate crisis are unaffected by this.

Beyond Extraction therefore sought to amplify the voices of those campaigning against old and projected uranium mines and the devastating legacy of nuclear fuel production in Canada, Greenland, Namibia, Spain, and Tanzania. They are pushing for a carbon free, truly renewable future of energy production and against a false promise of nuclear power. 

Nuclear enthusiasm – nuclear renaissance – nuclear for climate

It is not the first time that nuclear power has been seen as a technological fix to major societal problems, nor the first time that climate change has been claimed as a problem to be solved by nuclear reactors. But all nuclear enthusiasm plays under the conditions and omens of its time. In the 1950s quasi-utopian future conditions were associated with the splitting of the uranium atom. The nuclear enthusiasm of the 1970s took place especially under the pretext of the oil crises and the subsequent debates on energy security. In both phases of great expectations in nuclear power, large mines were developed and uranium was explored across the globe. But the great expectations did not materialize as projected. This was no different in the overblown discourse of the ‘nuclear renaissance’ of the 2000s with its hyper ambitious growth scenarios. And yet, high future expectations in growing nuclear electricity production led to uranium exploration, mine expansions and new development activities. And this is precisely what we must be aware of today when governments, lobbying organizations and even some misguided environmentalists are talking about nuclear power being a potential force against the climate crisis. In fact, investing in uranium stocks is already being touted as a way to profit from climate policy[4]. 

Greening Nuclear Power’s finances!?

For some years now, the COP summits have repeatedly become an arena of the nuclear lobby. Attempts to present itself as a potential solution to the climate crisis at the Glasgow summit already led to debates in the run-up to the summit[5].

Self-proclaimed pro-nuclear activists say they want to take the COP meeting by storm[6] and major nuclear companies and its lobby are represented in Glasgow and beat their radiant advertising drum. ‘Nuclear for Climate’ is their motto and it is echoed in different parts of the world. In the EU, for example, there is currently a serious debate under the slogan of a Green Deal about whether the design of a European sustainability label in the financial sector (the so-called EU taxonomy) should, in the future, treat the financial support for nuclear power as support for sustainability and climate neutrality. This would label subsidies for nuclear power as a supposedly sustainable technology[7]. Matter of fact, an assessment published in April 2021 by the EU’s Joint Research Centre (JRC)[8], concluded that nuclear energy is not harmful to humans or the environment. This assessment is, of course, a travesty for all those who have lost land, health and livelihoods to uranium mining or would be threatened by it to say nothing of those harmed by the various catastrophic meltdowns, the most recent being in Fukushima, Japan in 2011. But Europe is not alone in this: Canada provides significant support for the development of so called Small Modular Reactors (SMRs)[9]. In the USA, too, plans are being discussed to provide financial subsidies and relief for nuclear energy, which would happen at the expense of the expansion of renewable energies[10]. One of the arguments is climate mitigation.

Resource speculation and the revival of a dinosaur at PDAC and elsewhere

Beyond Extraction’s central activities so far have focused on the critical monitoring of the annual Toronto-based Prospectors and Developers Association of Canada (PDAC) convention. PDAC is amongst the most important global investment conferences for the mining sector. During the 2000s, the nuclear renaissance discourse translated into talk about market fundamentals that would indicate that prices for uranium would definitely have to rise due to a definitely rising number of operating nuclear reactors. So naturally the idea of a materializing nuclear renaissance was greeted with enthusiasm amongst the speculative prospectors and developers.

Measured by the aims of its proponents, the nuclear renaissance remained rather limited, yet it resulted in rampant speculation with uranium inventories, stocks, futures, prospective geology and flushed investment money into uranium exploration ventures. PDAC is not only emblematic of this form of speculation but is also one of the most important sites and gatherings for those who seek to turn geological riches into private profits. In its coverage of the PDAC convention in 2007, while uranium spot prices were approaching their peak during the so called nuclear renaissance, the Northern Miner(2007) reported that “this was uranium’s year at the PDAC, with junior explorers touting hundreds of new uranium exploration and development projects located around the world”. The mining industry journal emphasized further, “there’s actually a lot of [uranium] lying around the planet; the tricky part is jumping through the regulatory hurdles, mining it and selling it at a profit”[11].

The nuclear renaissance talk ended with the aftermath of the reactor core meltdown in Fukushima, Japan in March 2011. Containing the damage to the industry’s image was the new motto and seemingly a job as hard as containing radiation in and around Fukushima Daiichi – which, even a decade after the accident, poses major challenges. Momentum in the nuclear industry today is undoubtedly linked to a collective amnesia about the catastrophic meltdown at Fukushima, coupled with the return of the renaissance discourse in the face of climate change.

Central to this is the investment in research and development of SMRs. For years now, PDAC has offered a platform for the nuclear industry and its most committed partners, such as the Government of Canada, to offer a vision of the nuclear industry that is more subtle and, crucially, more mobile. In Canada’s Roadmap to SMR’s[12] and its Minerals and Metals Plan, small and modular reactors are positioned as a powerful way for the mining industry to reduce its carbon emissions and the overall footprint of a project. Similarly, French president, Emanuel Macron, has recently spoken in favour of continuing down the nuclear path, with reference to the presumed developments of SMRs as a way of combatting climate change. Yet, as is usual, the promotion of this re-imagined dinosaur fails to account for the risks associated with both increasing demand for uranium and the danger of making nuclear reactors mobile. Take, for example, the ‘Akademik Lomonosov,” the only floating, and therefore mobile, nuclear power plant today. Built by Rosatom, the Russian state-owned Nuclear Corporation it is stationed at the arctic port town of Pevek. Rosatom claims that the power station was good to avoid C02 emissions, yet as an enabler of enhanced oil, gas, and mineral exploration and potential extraction in the Arctic region it is effectively a means to dig out more hydrocarbons.

Testimonies from nuclear power’s extractive frontier and those actively resisting its expansion

Nuclear power is effectively on the decline[13]. Industry’s repeated rescue attempts, however, are misleading, they waste time and resources, and they slowly start to inflate a speculative bubble around uranium resources. It is worrying that the narrative of a possible, albeit nuclear, «business as usual» could gain momentum in the face of increasingly severe climate change impacts. This is perhaps especially so for the communities affected by uranium mining or exploration whereby the threats of extraction are dangerously high. This list of testimonies is limited and would have to be expanded in order to do justice to the global spread of experiences with uranium mining and exploration. Yet here campaigners from across the globe offer their rich insights about the climate crisis and its mitigation.

Source