Дмитрий Бережков. Голодные волки ходят вокруг наших прав

Очень показательный пример.

Андрей Данилов

Андрей Данилов обратился в Конституционный суд с тем, чтобы доказать, что не смотря на проживание в месте, которое не входит в правительственный перечень «мест традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности» КМНС, он все-таки имеет, как Саами, право на традиционную охоту. Конституционный суд встал на его сторону и поддержал это право и его требования.

Своим решением Конституционный Суд, по сути, показал, что все эти перечни, принимаемые Правительством, которые территориально ограничивают права коренных народов, являются филькиной грамотой.

Особенно ярко эта проблема проявляется в Кемеровской области, где поселки, в которых проживают шорцы, внесены в этот перечень «мест ….», а окружающие их леса нет. Хотя любой здравомыслящий человек понимает, что не в поселках шорцы охотятся и рыбачат и что нужны им для «традиционной хозяйственной деятельности» как раз окружающие эти поселки леса, реки и горы.

Власти Кемеровской области при Тулееве издевательски внесли в этот перечень только сами шорские поселки, потому что земля вокруг них (где как раз и охотятся шорцы) была нужна Тулееву для угольных разработок. В общем, нагадил для того, чтобы шорцы под ногами не путались при продаже земли угольным баронам. Нынешний губернатор Кемеровской области Цивилев не только не исправил ситуацию, но и последовательно ухудшает ее, потому что сам угольным бизнесом занимается.

Можно было бы постановление Конституционного Суда использовать во благо, расширив правительственные перечни, внеся в них те территории, которые действительно используются коренными народами для традиционной хозяйственной деятельности.

Но нет — мы, как всегда, пойдем своим, российским путем. Что делает ФАДН? Правильно — вместо того, чтобы попытаться улучшить ситуацию, вносит законопроект, который еще больше ухудшает правовое положение коренных народов и сужает круг охотпользователей из числа КМНС.

Мы уже говорили о всасывающей права коренных народов «воронке», которую раскручивает государство. Власти разных мастей, как голодные волки ходят вокруг прав коренных народов. Ходят по кругу, с разных сторон пытаясь откусывать по кусочку. Где больше, где меньше, но в результате всех этих действий сфера прав коренных народов в России в последнее десятилетие постоянно сужается.

Самое забавное, что ведь потом будут говорить самим аборигенам — это Данилов виноват. Он все это затеял.

Ein systematischer Angriff der russischen Regierung auf die Rechte der indigenen Völker

Von Dmitry Berezhkov

Heute erreicht uns ein interessanter Bericht von Lyubov Khristoforova, der neuen RAIPON Vizepräsidentin, der regionalen Vereinigung indigener Völker Jakutiens.  Der Bericht zeigt in aller Deutlichkeit die Probleme, mit denen die indigenen Völker zu kämpfen haben. Ende Juli wurden auf einer Konferenz, veranstaltete von der Föderalen Agentur für Nationalitätenangelegenheiten in St. Petersburg Änderungen des berüchtigten Erlasses der Regierung der Russischen Föderation vom 8. Mai 2006 Nr. 631-p „Über die Genehmigung von Listen traditioneller Lebensräume und Arten traditioneller wirtschaftlicher Tätigkeiten für indigene Völker Russlands“diskutiert.

Diese Liste der traditionellen Wohnorte und der usprünglichen Wirtschaftstätigkeiten wird von den Regionen und der Regierung in einer Art und Weise zusammengestellt, die niemanden wirklich zufriedenstellt:

1) Die indigenen Völker sind unglücklich darüber, dass die Liste zu eng gefasst ist und eine Reihe von Gebieten nicht enthält, in denen sie tatsächlich historisch gelebt und traditionell gewirtschaftet haben.

2) Die Regierung in ihren verschiedenen Erscheinungsformen ist unzufrieden, da die Liste zu umfangreich sei, und versucht nun, diese zu begrenzen, indem sie u.a. Gebiete einfach auslässt.

In den letzten Jahren hat sich auch das Arbeitsministerium mit Blick auf die Sozialrenten in die Diskussion eingeschaltet und ohne lange Überlegungen, einige Gebiete indigener Völker von dieser Sozialliste ausgeschlossen. Nach einigen Rechtsstreitigkeiten mit den Ureinwohnern im Rentenalter wurden zwar einige Gebiete zusätzlich einbezogen, aber es bleibt dabei: Geld wurde gestrichen, indem einigen Betroffenen einfach keine Renten mehr gezahlt wurden.

Wir haben bereits vor etwa fünf Jahren, als die Liste der Gebiete vom Arbeitsministerium verabschiedet wurde, darüber gesprochen, dass die Regierung mit allen Mitteln versuchen würde, die Liste der Wohn- und Wirtschaftsstandorte einzugrenzen.

Insgesamt führt die russische Regierung nämlich einen energischen und systematischen Angriff auf die Rechte der indigenen Völker an allen Fronten, mit dem Ziel, die Zahl der Nutzer dieser Rechte mit allen Mitteln zu reduzieren.

Aber die Organisationen der indigenen Völker, die heute oft von Senatoren, Abgeordneten und anderen Staatsbediensteten geleitet werden, unterstützen und befürworten mit wenigen Ausnahmen die „Parteipolitik“. Einige von ihnen tun dies uneigennützig, weil sie damit rechnen, dass die Regierung ihnen nichts Schlechtes raten wird, andere für ein geringes Entgelt.

Ein Beispiel ist Rosrybolovstvo, das jedes Jahr immer drakonischere Vorschriften für die traditionelle Fischerei erlässt, was in diesem Frühjahr von Andrej Kosmin, dem Leiter einer Abteilung der Föderalen Agentur für Fischerei, mit entwaffnender Aufrichtigkeit wie folgt beschrieben wurde:

„…Die wichtigste Aufgabe, die Zahl der Nutzer aquatischer Bioressourcen unter den kleinen indigenen Völkern des Nordens, Sibiriens und des Fernen Ostens zu reduzieren, haben wir erfüllt. Unser nächster Schritt besteht nun darin, aus den verbleibenden Nutzern diejenigen zu ermitteln, die unserer Meinung nach das endgültige Recht auf Fischfang haben werden.“

Der Prozess ist jedoch nicht auf die Fischerei beschränkt. Es reicht viel tiefer: Um die Zahl der Nutzer der Rechte zu begrenzen, hat die Regierung ein Register der indigenen Völker eingeführt und versucht nun alles, die Zahlen der Nutznießer der Rechte zu reduzieren.

Einerseits begrenzt die Regierung die Zahl der Nutzer, indem sie die „städtischen“, „asphaltierten“, „falschen“ Indigenen von denjenigen trennt, die laut Regierung noch eine traditionelle Lebensweise führen. Andererseits erteilt dieselbe Regierung immer mehr Lizenzen für die industrielle Erschließung traditioneller indigener Gebiete, holzt Wälder ab, legitimiert die Verschmutzung von Gemeindeland und versteigert traditionelle Jagd- und Fischereigründe der Indigenen an clevere Geschäftsleute.

Und dann geht es Schlag auf Schlag: erst hat man das Land verloren (das eine neue Ölgesellschaft braucht)! Dann kann man die traditionelle Lebensweise nicht mehr leben! Dann geht man und lebt in einer Siedlung!  In der Siedlung geht die eigene Sprache und die Fähigkeiten in den traditionellen wirtschaftlichen Tätigkeiten zu leben schnell verloren! Man fängt nicht jeden Tag Fische und weidet Rentiere in der Siedlung! Dann schlägt die Regierung zu: Die traditionelle Wirtschaftstätigkeiten sind nicht mehr Deine Haupteinkommensquelle?  Dann ist es an der Zeit, dass man Dich aus den Registern streicht und Du Deine Rechte ganz offiziell verlierst.

The first indigenous rights defender was recognized as a «private person — foreign agent» in Russia

The Russian Ministry of Justice recognized Stepan Petrov, a chair of the non-governmental human rights organization «Yakutia — Our Opinion,» as a foreign agent, TASS reports.

Stepan Petrov

Stepan Petrov was included into the list of the «foreign agents» personally as a private person along with several prominent Russian journalists: the chief editor of the «Important stories» (Vaznnyie istorii) Roman Anin, journalists — Roman Shleinov, Olesya Shmagun, Dmitry Velikovsky, Alesya Marokhovskaya, and Irina Dolinina.

By the same order, the Ministry of Justice also included into the list of «foreign agents» the only independent from state all-Russia TV-channel «The Rain» (Dozhd) and the registered in Latvia «Istories fonds» which specialized on investigative journalism.

Stepan Petrov was the leader of the NGO «Yakutia — Our Opinion,» and he is widely known in Yakutia for his active human rights and anti-criminal work. He regularly appeals to the media with requests to publish his materials and often writes letters to law enforcement agencies, in which he points to the facts of corruption. Earlier this year, the NGO he led was liquidated in the course of numerous state inspections.

Besides his anti-corruption activity on the regional level, Stepan Petrov is also known as the initiator of appeals to the UN concerning violations of indigenous peoples’ rights. For example, he appealed to the UN in 2018 with a request to «increase pressure» on the Russian Federation to adopt the UN Declaration on the Rights of Indigenous Peoples. In 2020 he sent another appeal to several UN human rights treaty bodies «in support of the civil society of Russia» and the request to support «the leading Russian human rights organizations «For human rights» and «The Center for the support of indigenous peoples of the North.» Unfortunately, both organizations, led by prominent Russian human rights defenders Lev Ponomarev and Rodion Sulyandziga, were self-liquidated lately.

Lev Ponomarev, Executive Director of the all-Russian Movement for Human Rights, and Rodion Sulyandziga, Director of the Center for the support of indigenous peoples of the North. 13 November 2019, Moscow

According to the Russian law on foreign agents, private persons — foreign agents must, at least once every six months, submit a report on their activities, including information on the purpose of spending money and using other property received from foreign sources. They are also required to indicate the status of a foreign agent, including when applying to government agencies, local governments, public associations, educational organizations.

In addition, there is a ban on serving in public service and local governments for private persons included in the register of foreign agents. They are also forced to mark anything they write or share online (or in the mass media) with a loud, inescapable notification that they have «foreign agent» status in Russia. Finally, the law also demands that these individuals create formal legal entities in order to report their earnings and spending to the government. Failure to comply with these requirements provides for administrative and criminal liability.

This is how journalist at «Radio Svoboda» Lyudmila Savitskaya, who was recognized as a «foreign agent,» earlier described her new social status: «Lyudmila Savitskaya says the state’s designation has completely erased her private life. «Now Comrade Major and the Justice Ministry know literally everything about me, right down to the brand of tampons I use,» she told Meduza. Even Savitskaya’s mother has been affected: she now needs special paperwork from her bank to prove that the money she sends to her daughter is meant for medications «and not for the next Joe Biden campaign.»

Dmitry Berezhkov, Indigenous Russia chief editor.

Федот Тумусов. Позвольте, во-первых, сообщить вам, что площадь Якутии не «340 миллионов га», а 308

«Площадь Якутии, – сообщает нам первый номер в списке «Единой России» по Дальнему Востоку Юрий Трутнев, – 340 миллионов га». А горят, по его словам, какие-то жалкие тысячи. Что мы все тут переживаем вообще? Слабаки! Дымом подышать не могут – что, может, отечества вам дым не сладок, не приятен?!

Уважаемый Юрий Петрович. Позвольте, во-первых, сообщить вам, что площадь Якутии не «340 миллионов га», а 308. Понимаю, политику вашего масштаба трудно разглядеть такие географические мелочи, десяток миллионов туда, десяток сюда – но вы уж постарайтесь.

Не думал, конечно, что доживу до момента, когда в руководстве России окажется Бунша из гайдаевского «Ивана Васильевича». Тот, помните, тоже Кемскими волостями разбрасывался: у нас этих волостей… А руководство республики поддакивает: да не жалко, да гори они синим пламенем!

Но ведь это только первая ложь вице-премьера. Пока он заявлял о том, что осталось потушить какие-то «жалкие тысячи» гектаров, горели 1,4 миллиона. Просто представьте: несколько европейских стран, полностью охваченных огнем. ПОЛНОСТЬЮ, Юрий Петрович.

Понимаете, что вы говорите? Это как врать про то, что бомбы, упавшие на Хиросиму и Нагасаки, убили всего-то несколько десятков человек, чего вы вообще переживаете? Врать и не краснеть.

Дальше: единоросс на голубом глазу рассказывает, что горит-то в основном трава. Предлагаю простой эксперимент. Юрий Петрович выходит в центр Якутска (а еще лучше – куда-нибудь поближе к «пожарам травы», в Горный улус) – и там живет хотя бы пару деньков. Без маски. Без противогаза. Без телефона, которым можно было бы вызвать спасателей. А потом мы его забираем и спрашиваем: ну как, трава? Если, конечно, он к тому времени сможет что-то ответить.

Я читал много шуток на тему того, что интервью Трутнев давал под действием горящей травы – может, не шутки? Что у вас там было с Айсеном Николаевым за закрытыми дверями?

Прилететь на денек изобразить, что «все под контролем», и улететь обратно, а потом дать бравурное интервью. Юрий Петрович, стыд не дым, не выедает глаза? Кого вы хотите обмануть? Людей, которые теряют дома и здоровье? Президента?

Когда вся страна, весь мир знают об экологической катастрофе в нашей республике, вы вместо помощи плюете в нас и объявляете паникерами. Вы предали нас.

Вы и ваша партия. «Сгоревшая Россия» – вот ваше название. Ваш медведь обуглился.